Она целовала его жадно и откровенно, гладила тонкими руками, путала пальцы в его волосах. А он млел от этих прикосновений.
Разрядка была близка. Он пытался притормозить. Хотел увидеть, как Анютка первой приходит к финишу. Хотел ощутить ее дрожь, хотел впитать в себя все, каждую эмоцию.
А где-то очень далеко маячила навязчивая мысль. Он признался. А Аня – нет.
Любит ли она его? Или просто терпит? Это ведь банальная физиология. А Тахиров, даже в таком положении, вполне справлялся со своими мужскими обязанностями.
Видел все, подмечал.
Нырнул пальцами к нежным лепесткам. Размазал тягучую влагу. А Аня стонала от удовольствия.
Он видел это все. Видел, как девичье тело реагировало на него. Как дрожала Анюта, когда он прижался ртом к тугой вершинке соска.
Чувствовал, что Анюте все это нравится. И негромкие стоны были тому подтверждением.
Почему же тогда она не сказала???
В душе совершенно иррационально просыпалась злость. Тело билось в агонии страсти, а в душе Тахиров злился.
Почему не говорит? Не любит?
Он хотел потребовать от Анюты ответа.
Уже перехватил пальцами тонкий подбородок. Сам дышал рвано, через раз. Член едва не взрывался от напряжения. И Тамерлан знал, что через пару секунд он перешагнет эту грань удовольствия.
Он готов был умолять. Даже был согласен, чтобы Аня соврала. Пусть соврет ему сейчас. Пусть! Только бы сказала те слова, что так сильно ему нужны сейчас.
А после… Он сделает все, чтобы эти слова стали правдой. Влюбит ее в себя. И шанса не оставит не влюбиться.
Слово мужика!
– Люблю тебя, – Аня шепнула, а его оглушил это шепот.
Он ощутил, как хрупкое, почти невесомое, податливое тело дрожит от нахлынувшего оргазма. Он и сам отпустил себя долей секунды позже.
А ртом вжался в припухшие губы. И целовал, целовал, насколько хватило дыхания.
* * *– Ты меня испачкал, – вздохнула Аня, но шевелиться было лень.
Да и как тут с места сдвинуться, если крепкие руки, будто тисками, держали ее, прижимая к горячей груди.
– Прости, – совершенно без сожаления пробормотал Тахиров в ее висок, а ладонью несильно сжал ягодицу.
– Я не хочу пить пилюли после, – прошептала Аня, – у них куча побочных эффектов.
– Ты пьешь только витаминки, никаких пилюль, – резко ответил Тамерлан и все же позволил ей сдвинуться так, чтобы лечь рядом, но тут же требовательно перехватил за подбородок. – Мне нужно кое-что знать.
– О чем? – удивилась Аня. Признаться, она все еще туго соображала. В голове была полная каша.
