Олеся осталась в школе, когда Катя ушла после девятого класса, окончила одиннадцать классов, выучилась на бухгалтера, а теперь работала кредитным экспертом в одном из частных банков. Помог ей туда устроиться один из многочисленных любовников, коих у красивой грудастой блондинки Олеськи было как у дурака махорки.
— Ты знаешь, что Суворов руку сломал? — мелодичный голос Олеськи вернул Катю к действительности. — Правую! А он на диплом выходит!
— Нет, не знаю. Откуда я могу знать?
Катя напряжённо думала, какое отношение перелом руки имеет к ночному звонку Олеси.
Артём Суворов — тоже их одноклассник, и они всегда, чуть ли не с первого класса, были с Олесей «парой». Даже сейчас, когда Олеська брала от молодости и жизни всё, Суворов оставался у неё «постоянным». Потому что он был «проверенный годами и перспективный». Он единственный из их класса окончил школу с золотой медалью, а сейчас заканчивал учебу на механико-математическом факультете самого лучшего университета в их городе.
— Как Артём умудрился сломать руку? — Катя искренне удивлялась.
Суворов, насколько она помнила его, никогда не был ни спортсменом, ни сорвиголовой.
— Мы на лыжах ходили в воскресенье, на базе, закрывали сезон. Неудачно съехал с горы, — беззаботно ответила Олеська.
— Ясно. А какое дело-то ко мне? Суворов твой явно дома, амбулаторно лечится. Вряд ли он тут, в стационаре.
— Понимаешь, Кать, — вкрадчиво начала Олеся. — Мне очень-очень нужна твоя помощь! Артём хочет, чтобы я приходила к нему печатать его дипломную работу на компьютере.
Ему тяжело работать только левой рукой, получается очень медленно, рука устаёт. А я… На работе всегда в программе работаю, там легко. Ты же знаешь мою грамотность…
— И? — Катя начала понимать, к чему клонит подруга, но всё её существо протестовало. Ещё чего не хватало! Сами пусть разбираются! Не станет она помогать!
— Катюнь, пожалуйста! Походи к нему, попечатай, а? Ты же свободна, когда не дежуришь! А я там с тоски помру! Ну где я, и где дипломная работа?! За меня-то мою дипломную Суворов делал!
В этом была вся Олеся.
Она виртуозно умела избегать чужих проблем и трудностей, а свои перекладывать на чужие плечи. Зная доброту и безотказность Кати, она и позвонила ей сейчас. У Кати всегда были свои понятия о милосердии, и она не смогла бы бросить в беде больного. На это Олеська и рассчитывала. Катя будет ходить к Суворову и помогать, а она будет жить, как прежде, не напрягаясь. Кто везёт, на том и едут. А Катя успешно и с энтузиазмом «везла» всегда.
