Сажусь на лавку и набираю единственный в журнале вызовов контакт. Стараюсь сделать голос пободрее и минут двадцать слушаю, как бабушке хорошо живется в родной деревне и как тесно ей было со мной в городе. Ладно. Главное, что ей хорошо, остальное неважно.
– Ты лекарства только пить не забывай, – напоминаю в тысячу первый раз. Это ей для поддержания хорошего самочувствия, она-то не старая совсем, живчик еще. А на ее количество энергии просто постоянно батарейки нужны. – Ба, только пей как положено, я далеко сейчас, если что, срочно приехать не смогу.
Ага. До завтрашнего дня не смогу, а потом я весь твой, ба. Потому что выгнали из команды твоего ненормального внука.
– Не ворчи ты, пью я все, – в очередной раз возмущается бабушка.
Поднимаю взгляд и вижу приближающуюся ко мне Аленку. И она не мимо идет, точно ко мне. Неожиданно. Передумала все забывать? Или уже забыла и решила спросить, как меня зовут? Не буду удивлен, если честно.
– Ладно, ба, на тренировку зовут, созвонимся, – быстро прощаюсь с бабушкой, когда Аленка подходит и стоит рядом со мной, сжавшись в комок.
– Я тебе мазь принесла, – протягивает мне, отвечая на мой молчаливый вопрос. Что, простите, принесла? Мазь?
– Мазь?
– Да. Так на лице все быстрее пройдет, хорошее лекарство. Потом в медпункт остатки вернешь.
Она мнется стоит, как пятиклассница, и мазью этой добивает меня.
Вот зачем, а? Могла бы Машку попросить, раз уж на то пошло, это она наш врач командный, а не Аленка. Что за лишний повод увидеться, если сама предложила все закончить? К чему все это?
– Напиши название, я дома куплю, – бросаю ей и снова опускаю голову.
Трещит все еще, зараза.
– В каком смысле – дома? – хмурится, задавая вопрос. Как будто не знает, каким образом у нас в команде такие вопросы решаются.
– В прямом. За драку Палыч из команды выгнал. Переночую в гостинице, завтра самолет, – выдаю как на духу, не собираясь скрывать. В этом нет ни капли смысла.
– Как выгнали… – шепчет пораженно, прикрывая ладошкой губы. Она от шока даже плюхается рядом со мной на скамейку.
– Но драки ведь не было! Ты не дрался, тебя избили, это разные вещи! Я только что видела Макса, на нем и следов никакой драки нет!
– Чего ты истеришь, Аленка? – поворачиваю к ней голову. – Я уеду вечером сегодня, приставать к тебе не буду, Максу твоему глаза мозолить. Что ж ты не радуешься? Все как ты хотела.
– Я не так хотела… – шепчет снова, качая головой. – Не так я хотела, ну как ты не поймешь?!
– Не пойму. И не проси даже, – отвечаю ей правду.
