Минут за десять нам удается полностью остановить кровь, сделать все необходимые процедуры и даже убрать с лица остатки этого побоища.
– Травмы ты лечишь профессионально, спасибо, Аленушка, – говорит Егор, осматривая свой нос в зеркале в моем кабинете. – А сердце пацана вылечить никак не хочешь.
– Знаешь, Егор… – Меня уже даже веселит немного все это. Ну точно на два года назад вернулась, ровным счетом не изменилось ничего. – Вам пора бы название команды сменить. «Феникс» вам больше не подходит, лучше будет звучать «Давай поженимся».
– Не обижайся, – смеется он и, подмигнув мне по-доброму, выходит из кабинета.
Ну не команда, а сумасшедший дом какой-то.
Я дожидаюсь конца их тренировки с замиранием сердца – посмотрела в расписании время, – и когда никто больше не появляется с травмами, убегаю за минуту до конца. Я знаю, что он снова зайдет ко мне, снова будет говорить что-то, намекать, снова будет нависать надо мной, а я снова буду забывать, как дышать, и… Не хочу.
Поэтому закрываю кабинет на ключ и сбегаю в парк недалеко от ледовой арены.
У меня работа еще через пару часов, у «Титана» тренировка, конечно, я должна присутствовать. И мне есть чем заняться в кабинете, у меня помимо всего еще куча бумажной работы, но… не хочу. Вот пусть уедет «Феникс» отсюда, тогда буду спокойно работать. А сейчас выбираю парк.
Осталось два дня потерпеть. Всего два дня, и они уедут. Он уедет. И мы снова не будем видеться…
Впрочем, это наверняка к лучшему.
Да, это определенно к лучшему.
Покупаю большую сладкую вату и сажусь на лавку, где светит солнышко, чтобы погреться.
Потому что от постоянных нервов в последнее время меня постоянно морозит, совершенно ничего не могу с этим поделать.
Решаю позвонить Оле. Мы неплохо общались все эти два года, и она всегда находила для меня слова поддержки или какие-то советы. Нам восхитительно комфортно общаться, несмотря даже на то, что между нами десять лет разницы.
– Оль, скажи, пожалуйста, – начинаю после приветствия и обсуждения того, как у кого дела. – Как доказать упрямому хоккеисту, что в отношениях с ним я не заинтересована и вообще нам не по пути?
– Ты про Макса своего? – Она его недолюбливает.
Я рассказывала немного, что мы дружим, но стабильно раз в месяц он предлагает мне начать отношения и не хочет слышать мои отказы. Почему-то он не нравится ей, хотя я всегда говорю, что Макс – прекрасный человек. Я рада, что у меня есть такой друг, правда, иначе в этом городе я бы вообще скисла.
– Нет, – вздыхаю, – я про Сережу.
