А ещё он может по своим каналам узнать, что тот задержан и находится в камере управления полиции.
Желание погулять по улице у меня больше не появлялось, вызвал такси и поехал домой. Нет смысла звонить родителям, если я скоро смогу рассказать это при встрече.
— Что-то случилось? — обеспокоенно спросила мама, когда я вошёл в нашу конспиративную квартиру, что теперь тоже под вопросом.
— Есть такое, — буркнул я. — Собери всех пожалуйста за стол, чаю попьём, поговорим. А я пока переоденусь.
— О, Боже! — мама оценила мой серьёзный тон и хмурое выражение лица.
Больше ничего не стала спрашивать, а отправилась выполнять мою просьбу.
Переодеться к столу точно не мешало. Вместо моей рубашки, которая ушла в вещдоки, на мне была чья-то чужая, даже не знаю, кто конкретно мне её дал. Спрошу в понедельник к Лены, если мы сейчас никуда не сорвёмся и не исчезнем в неизвестном направлении. Проходя через гостиную с тоской бросил взгляд на разложенные на столе листы, которые расписывал дядя Витя в помощь моим семинарам.
Когда я быстро принял душ, переоделся и вернулся в гостиную, стол был накрыт, а вся семья и дядя Витя сидели вокруг и с нетерпением ждали моего появления. Даже как-то неловко стало, не люблю заставлять людей ждать, но и без душа не мог.
— Рассказывай, — с трудом сдерживаясь сказал отец, когда я занял своё место.
— Меня нашёл человек Баженова, — сразу в лоб сказал я, подождал, пока все судорожно вздохнут и схватятся за сердце. — Он требовал вернуть золотой амулет и пытался меня убить.
Сказав это, я положил серебряный амулет с оборванной цепочкой на стол. Дядя Витя потянулся было к нему, но отец успел первым. Он поднял его за цепочку перед собой и задумчиво уставился на переливающиеся в свете люстры кристаллы.
— Этот амулет из той самой серии, которую нам пытались впихнуть, — констатировал он. — С него сорвал?
— Да. Он пытался убить меня молнией, но спас медальон. Дошло дело до рукопашной, он ранил меня отравленным кинжалом, но я его вырубил, скрутил и сдал в полицию.
— Ты ранен? — мама подорвалась со своего места и метнулась ко мне.
— Успокойся, мам, — улыбнулся я. — Это всё произошло в манипуляционном кабинете в клинике, коллеги быстро оказали мне помощь. Только слабость осталась.
— Чай попьём, и я тобой займусь, — сказала мама, усаживаясь на своё место. — Расскажи давай по нормальному, что там произошло.
Когда первый шок прошёл и все морально подготовились к рассказу, можно изложить более подробно, к чему я и приступил.
