Я вас не отпущу, пока эта дрянь не схлынет… Но меня очень волнует эта напасть, которая заставляет вас переживать всё это.
— А уж как меня волнует… — выдохнула я и закашлялась, сражённая новым приступом непонятной ненависти. Бессильно уткнулась в широкую грудь герцога, обтянутую камзолом, и тяжело задышала.
Его ладонь легла мне на плечи, отгораживая от окружающего мира, и это принесло лёгкое умиротворение.
Тьма, поглотившая меня, начала рассеиваться.
— Я думаю, что нашёл источник этой заразы, — донёсся до меня голос Саторро.
От неожиданности я вскинула голову и уставилась на него.
Герцог без лишних слов взял меня за руку — ту самую, с меткой Арчибальда.
Развернул запястьем вверх так, чтобы дракон Кирро смотрел прямо на нас.
Увидев его, я не смогла сдержаться от потрясённого вскрика:
— Что это значит?!
Глава 56
В самом драконе не произошло ровным счётом никаких изменений. А вот вокруг — очень даже!
Драконья голова как будто плавала посреди лужицы растёкшихся чёрных чернил. Они поблёскивали, словно были совсем свежими, а я по неосторожности мазнула по ним рукой.
Только на метку Кирро чернила почему-то не попали, аккуратно обтекая её. Зато царапины, что возникли на коже совсем недавно, они щедро заляпали.
От этого почему-то стало особенно обидно!
Недолго думая, я принялась ожесточённо тереть руку, чтобы избавиться от некрасивой кляксы. Тщетно — та оказалась устойчивой! Даже никаких следов на пальцах не осталось…
— Что за… — сердито пробормотала я; от моих бесплодных усилий кожу уже саднило.
— Успокойтесь, Алина, — негромко велел мне Саторро, и я, загипнотизированная звучанием его глубокого голоса, тут же послушалась."
"Рейнард накрыл моё запястье второй ладонью и прикрыл глаза. Я затаила дыхание, почувствовав, что вот-вот произойдёт что-то важное… и угадала!
На мгновение руке стало горячо-горячо, но испугаться я не успела: жар исчез так же стремительно, как и возник. Саторро разжал хватку, и я нехотя убрала руку.
— За последние дни вы не брали в руки ничего подозрительного?
— Подозрительного? — растерянно переспросила я, озадаченная таким вопросом.
Нахмурившись, быстро перебрала в уме последние события и пробормотала:
— Вроде, нет… всё было более-менее привычным… хотя постойте-ка!
Замерла, осенённая воспоминанием, и задумчиво произнесла:
— То письмо, которое мне принесла Аманда… думаю, оно было самым подозрительным. Ну, или по крайней мере, вызывало больше всего вопросов!
— Письмо? — нахмурился Саторро.
