На вечере была представлена частная художественная коллекция и проводился аукцион в пользу благотворительного фонда живописцев. Талантливый, но лишь в меру преуспевающий пейзажист Эрскин Гладвин скончался, оставив без средств к существованию жену и шестерых детей. Вырученные от продажи картин деньги пойдут в фонд поддержки этой семьи, а также семей других умерших художников.
Леди Бервик взяла в этот день заслуженный выходной, поэтому Кассандру сопровождали Девон и Кэтлин.
– Мы постараемся не спускать с тебя глаз, – с притворным беспокойством сказала Кэтлин, – но боюсь, что мы недостаточно строги: нам самим нужна компаньонка.
– Мы же Рейвенелы, – пояснил Девон. – Если станем вести себя слишком благоразумно, никто не поверит.
Кассандру не слишком приятно удивило, что отец лорда Ламберта, маркиз Рипон, тоже почтил мероприятие своим присутствием. Хоть она и понимала, что рано или поздно им придется познакомиться, Кассандра не чувствовала себя готовой к этой встрече сегодня: надо было надеть что-то более подходящее, а не это платье из муара, которое она любила меньше всего.
Из-за нескольких лишних фунтов его пришлось расширить в талии, но квадратный вырез-хомут нельзя было перешить, не испортив, поэтому декольте выглядело слишком открытым, а струящаяся золотисто-коричневая ткань придавала ее фигуре вид древесной коры, что вовсе не красило девушку, как ей казалось.
Ламберт представил ее отцу, который оказался моложе, чем она ожидала.
В отличие от белокурого сына, маркиз был обладателем угольно-черных, с поблескивавшими в них серебристыми прядями волос, а глаза его имели оттенок горького шоколада. Черты его лица были довольно привлекательными, но суровыми, кожа напоминала выветренный мрамор. Когда Кассандра присела в реверансе, а затем выпрямилась, то с удивлением поймала взгляд Рипона, задержавшийся на ее декольте, а потом услышала:
– Миледи, слухи о вашей красоте ничуть не преувеличены.
Кассандра улыбнулась, явно польщенная:
– Для меня большая честь познакомиться с вами, милорд.
Маркиз окинул ее оценивающим взглядом:
– Вы увлекаетесь живописью, леди Кассандра?
– Я не знаток живописи, но надеюсь узнать о ней побольше. Вы собираетесь приобрести картину, милорд?
– Нет, я намерен сделать пожертвование, а что касается представленных здесь работ, они не более чем посредственны. Я бы не повесил их даже в кладовой.
