Кассандра села и робкими, словно порхающие колибри, пальцами прикоснулась к черным завиткам, а когда он притянул ее к себе, вздрогнула, почувствовав себя в окружении обнаженного волосатого мужского тела.
– Мог ли ты себе когда-нибудь представить что-нибудь подобное? – в замешательстве прошептала Кассандра.
– Дорогая, с первой встречи я только об этом думал, а уж что представлял, лучше не говорить.
Она застенчиво улыбнулась и отважилась прикоснуться губами к его обнаженному плечу.
– Надеюсь, я тебя не разочарую.
Нежно приобняв щеку ладонью и чуть приподняв лицо, он посмотрел ей в глаза.
– Тебе не о чем беспокоиться, просто расслабься, – он притянул ее порозовевшее от смущения лицо ближе и кончиками пальцев погладил местечко на шее, где бешено билась жилка. На его губах играла такая чувственная улыбка, что все ее мысли испарились. – Мы не будем спешить. Обещаю: ты получишь удовольствие и покинешь эту постель счастливой женщиной.
Глава 23
Он мягко коснулся ее губ своими, и Кассандру накрыла волна удовольствия.
Каждый раз, когда она думала, что поцелуй сейчас закончится, Том делал его еще глубже и приятнее. Внутри ее тела разлилось тепло, будто через каждую клеточку проникал солнечный свет. Теряя голову, она обвила руками его шею, погрузила пальцы в густые черные волосы, шелковистые, как атлас.
Тем временем Том ухватил подол ее сорочки и медленно потянул вверх. Она подняла руки, помогая ему, и поежилась, ощутив обнаженной грудью прохладный воздух. Том уложил ее на постель и нежно провел ладонями по телу.
Когда он избавился от одежды, Кассандра едва не задохнулась от восторга при виде обнаженного мужского тела, она не могла отвести взгляд от его устремленной вверх возбужденной плоти.
Том не удержался от короткой усмешки при виде выражения ее лица: он не испытывал от своей наготы ни малейшего дискомфорта, тогда как Кассандра, находившаяся в плену условностей, покраснела до корней волос. Забравшись в постель, как кот, подкравшийся к жертве, он лег рядом и раздвинул своей волосатой ногой ее нежные, с бархатистой кожей ноги.
Не зная, куда девать руки, она положила ладонь на его мускулистый живот, кончиками пальцев коснувшись ребер.
Том сжал ее ладошку и опустил вниз, к своему паху, подбодрив чуть хриплым голосом:
– Можешь до меня дотронуться.
Чуть поколебавшись, она погладила шелковистую напряженную плоть, а неожиданно обнаружив в ней пульсацию и ощутив каплю влаги на кончике, удивленно моргнула.
