Охранник элитного ЖК подозрительно осматривает мою машину, но всё же поднимает шлагбаум. Паркуюсь перед подъездом, отмечая, что его машины нет поблизости. И, расправив плечи, иду.
— Вы к кому? — останавливает консьерж. Да-да, этот мужчина живёт в доме с консьержем, охранником. И наверняка везде установлены камеры, и никто их не пи… ворует.
— К Валиеву, — отвечаю холодно, окидываю тщедушного парня высокомерным взглядом.
— Его нет дома. Оставьте сообщение, я передам, — улыбается добродушно, на ноги мои заглядываясь и краснея.
— Когда он обычно приходит?
— Всегда по-разному, — пожимает плечами.
Сообщение я не оставляю. Плетусь к машине и решаю дождаться сама. Время раннее, только четвёртый час. Возможно, он с работы в шесть освободится, плюс-минус полчаса-час на дорогу. К семи будет. Это я себя так успокаиваю.
На моё счастье, ждать почти три часа не приходится. Буквально через полчаса во двор заезжает его чёрный внедорожник. И меня охватывает волнение вперемешку со страхом. Ладони потеют, по хребту стекает холодный пот.
И живот скручивает спазмом. Такое бывало только в двух случаях. Перед походом к стоматологу и перед сдачей дипломной работы. Вот теперь третий случай. Встреча с тем, кто решит мою судьбинушку жалкую.
— Собралась, Крис! — сама себя подбадриваю и давлюсь воздухом.
Потому что этот кабель выходит из машины с девушкой. Я ведь всё продумала. Ножки чёртовы оголила, губы намалевала под цвет задницы гамадрила. И не учла, что за три месяца он обзаведется отношениями.
Хотя, возможно, это очередная девушка на одну ночь.
«Как ты», — напоминает внутренний голос, подкидывая вспышками картинки новогодней ночи.
Пока я рефлексирую и злюсь, пара почти пропадает в подъезде. И лучше перехватить на улице, чем позориться перед консьержем. Выпрыгиваю из машины, на каблуках ноги почти в разные стороны разъезжаются, хвост в лицо лезет. Но я выпрямляюсь, с духом собираюсь и окликаю:
— Саид!
Первой почему-то оглядывается именно женщина. Ещё и губы свои накачанные поджимает, превращая их в два слипшихся пирожка.
Осматривает меня пренебрежительно и ладошкой оглаживает мужскую спину. Явно показывая, чья здесь территория.
Мысленно закатив глаза, плавной походкой сокращаю расстояние.
— Привет, — улыбаюсь для проформы, чтобы не обольщался.
Он лишь бровь красноречиво выгибает, скользит взглядом с красных, пухлых, а главное, настоящих, прошу заметить, губ вниз. Задерживается на груди, и кадык дёргается.
