Прекрасно понимаю, что они знают, чем мы там занимались. Как бы мы ни старались, тихими точно не были. Там сам Валиев несколько раз довольно громко матерился.
Следующий пункт нашего похода по магазинам превращается просто в пытку. Отдав бразды правления мужчине, я почти сразу же жалею об этом. Он выбирает одежду, которую я бы никогда не надела. Потому что мне, чёрт возьми, не сорок лет! Потому что я свободная молодая девушка, в конце концов! И потому что я не скована чужими традициями, устоями, религией!
— Ты вроде бы современный мужчина, — ворчу, рассматривая очередной наряд, что принесли консультанты по приказу деспотичного Валиева.
— Расширь свой кругозор уже!
— Не подходит! — рявкает мужчина и ко мне разворачивается. — Насколько расширить? Что красивого в том, чтоб оголять грудь и жопу? Чтобы такие, как Лютый, тебя зажимали в подворотнях?
— Думаешь, если я буду в закрытой одежде, он бы не зажал? — огрызаюсь, вскакивая. — Разочарую тебя, Валиев. Но Лютому не помешала ни моя простуда, ни грязная всклокоченная голова, ни домашний спортивный костюм.
Если бы не его напарник, он бы меня прямо в моей комнате трахнул! Так что дело не в одежде, а в человеке! В данном случае — в мужчинах!
Я замечаю, как Саид закипает с каждым моим словом. Его глаза наполняются бешеной яростью, кулаки сжимаются до побелевших костяшек. Вздувшаяся вена на виске пульсирует, и, честно говоря, мне страшно становится. Замолкаю и плюхаюсь обратно на софу.
— Тот случай возле машины не единичный? — зловеще тихо цедит.
Киваю, сглатывая. — Убью.
И вот даже непонятно, кого именно. Меня? Или Лютого? Надеюсь, второй вариант.
— Давай сменим тему или домой поедем, — миролюбиво бормочу. — Или вон бери вон то платье, я буду его носить. Тебе всё равно ничего не нравится.
Тычу в чёрное платье в пол с длинными рукавами на резинке и наглухо закрытым воротом.
— Не передёргивай, Кристина! — опять рявкает Саид.
Шоппинг с категоричным и деспотичным мужчиной превращается в адовый ад. И, чёрт, можно мы снова белье выберем? Мне больше понравилось, когда он ничего не запрещал.
И не рычал. Наоборот, выбирал самое развратное, открытое и пошлое.
Но, слава богу, эта вакханалия наконец заканчивается. Саид скупает несколько платьев, два брючных классических костюма и сворачивает нашу прогулку. Я выжата как лимон. Ноги болят. И не только ноги. Хочется упасть лицом в подушку и отключиться примерно на неделю.
— Ты как? Всё нормально? — спрашивает Валиев, видя моё состояние.
