Мужчина удерживает одной рукой, включает вытяжку над плитой, идёт к окнам и распахивает их настежь. После чего сажает меня на тумбу и, вклинившись между ног, буравит сонно-хмурым взглядом.
— Прежде чем ты начнёшь ругаться и орать… я хотела приготовить завтрак для тебя, — выпаливаю, закрывая ладонью рот.
Пожарная сигнализация затихает, как только устраняется сильное задымление. Становится тише, аж дышать легче.
— Отвлеклась на что-то и чуть не сожгла полквартиры? — хмыкает, осматривая зону боевых действий.
— Прости, я всё приберу, обещаю, — бурчу виновато, корябая плечи.
— Главное, ты не обожглась? — спрашивает, притягивая к себе ближе. Мотаю головой.
— Пострадала только сковорода и продукты… и турка… и…
Он поцелуем затыкает меня, подхватывает удобнее и несёт в спальню. Охотно льну сама, обвиваю торс ногами, крепче стискиваю за шею. И напряжение это дурацкое, оставшееся на уровне инстинктов, меня отпускает. Расслабляюсь в его руках.
Почему вообще я решила, что Валиев будет орать и ругаться? Он ведь никогда не делал этого.
Хотя нет, он ругался и орал, но не обзывался, не унижал, не принижал и не оскорблял.
Мужчина роняет меня на постель, под себя подгребает, как всегда, и дремлет с улыбкой на губах. Надо мной смеётся, не иначе. Он редко улыбается. Точнее, вообще никогда не улыбается. Прикасаюсь прохладными пальцами к губам. Саид глаза открывает. Смотрит долго так.
— Уже понял, как тебе не повезло со сделкой?
— Понял, что мне явно будет мало ста лет с тобой, — хмыкает Валиев, ловя мой палец губами и слегка прикусывая.
— Странный ты, — шепчу и чувствую, как краснею.
Впервые за почти четыре года слова мужчины задевают что-то в душе. Затрагивают и резонируют глубоко внутри. Кажется, между нами появляется что-то незримое, но крепкое. Крепче, чем взаимное влечение. Крепче даже, чем плод во мне.
— Нам вставать пора, у меня запись в салоне на двенадцать, не забыл? — меняю тему, стараясь прогнать это щемящее чувство. Ни к чему оно.
Валиев охотно выпускает из рук, и я ухожу в ванную.
Пока умываюсь и переодеваюсь, мужчина заказывает доставку. И мы садимся завтракать на французском балкончике. Так как в гостиной-кухне ещё присутствует запах гари.
У Саида тоже планы на первую половину дня. Он едет смотреть дома, которые предлагает новый риэлтор. На этот раз фирма подобрала ему мужчину. Чему я в глубине души порадовалась. Хватит с меня губастых Оксан. Он и меня звал проехаться с ним, но я отказалась.
Мне кажется, слишком быстро всё движется.
