Когда Сабир с еще большей настойчивостью провел пальцем уже по моим промокшим трусикам, я принялась брыкаться в его руках, отчаянно пытаясь оттолкнуть мужчину от себя. Один раз я смогла въехать ему каблуком чуть ниже ягодиц, но он тут же перехватил сначала одну мою ногу, снял с нее туфлю, а затем проделал тоже самое со второй.
Оставался только один прием, который я могла применить в подобной ситуации. Однажды я применила его на муже. Получила в ответ такую звонкую пощечину, что заработала сотрясение. Но сейчас я больше не могла раздумывать.
Я цапнула Сабира за язык и сжала челюсти. А когда он машинально дернулся и разорвал поцелуй, я влепила ему пощечину. Ну как «влепила». Размахнуться я особо не могла, а мой вес и сила удара исключали возможность хоть как-то навредить обидчику.
– Отпустите меня! – жалобно захныкала я.
Сабир только улыбнулся в ответ и обхватил мое лицо руками.
– Ну тише-тише, – ласково проговорил он. – Малышка Искра. Не плачь. Я не обижу тебя. И никто не обидит. Ты главное Симону такое наедине никогда не делай.
Только если я рядом. Обещаешь?
Я быстро закивала на всякий случай.
Тогда Сабир, бережно поддерживая меня за талию, опустил на ноги. Но, он очевидно забыл, что я уже не в туфлях, а следовательно, превратилась в коротышку, поэтому по инерции чуть навалился на меня и снова прижал к стене.
– Какая ты Дюймовочка, – улыбнулся он, случайно коснувшись губами моего уха. – Тебе не тяжело ходить в таких туфлях?
Я с недоверием посмотрела на Сабира.
Как? Вот как одни и те же гормоны так меняют мужчин? Суровый Сабир включает внимательного и заботливого «папочку», а обаятельный Симон превращается в голодного грубого мужлана!
– Нет, – упрямо ответила я.
Хотя кого я обманываю? Каблуки ненавижу! Под конец дня мне кажется, что на моих ступнях не остается ни одной косточки, которая не болит. И самое смешное, что сейчас абсолютно все носят кроссовки под юбки и платья, а мне так и приходится терпеть эти пытки «испанским сапожком»! Ибо куда мне, крохотной коротышке, в мир больших дядь и теть?!
– Ну иди, нагуливай пока аппетит, – Сабир помог мне надеть туфли, но по-прежнему не отпускал мою талию.
– Вечером мы с тобой поиграем.
– Нет! – нахмурилась я.
Сабир прочистил горло и словно медленно возвращался в свою прежнюю сущность.
– Ключи от своей квартиры мне дай, – он протянул мне ладонь, уже вновь добавляя суровости и приказных ноток в голос. – Загоню ее какому-нибудь черному риэлтору.
