— Какая тебе разница? Я у тебя спрашиваю, почему ты не бреешься?
Не выгоняет, не посылает в далёкое эротическое, как высказался Антон. А это уже хорошо. Смягчилась немного.
— Так спроси.
— А мне фиолетово, Виктор, — пожимает плечами. — Слезьте с моего стола, будьте добры. Уберите свою задницу отсюда, босс…
И говорит настолько грубо и с серьезным выражением лица, что чувствую себя мальчишкой, которого даже такой расклад устраивает. Пусть говорит, что хочет. Пусть делает, что хочет, но не смотрит на меня как на врага.
Не молчит.
— Ты натуральная блондинка, Маша. Тебе шел тот цвет волос.
Наклоняюсь. Нет, не для того, чтобы поцеловать, хотя очень хочется. Просто к прядям ее притронуться охота. Знаю, ещё чуть-чуть и получу по заслугам. Прилетит в лучшем случае пощёчина, но ничего с собой поделать не могу. Ее запах… Чувствую…
Но Маша фыркает, кресло скатывается назад, а за спиной слышится женский голос:
— Ой…
П*#дец! Не хочу я в своем офисе людей, которые без стука врываются в кабинет!
Плавно оборачиваюсь, натыкаюсь взглядом на Лесю.
Цежу сквозь зубы ругательство, краем зрения замечая, как Маша жестом руки что-то подруге указывает.
— Простите, что помешала, — говорит она растерянно. — Я позже зайду.
— Не надо позже, — тут же отвечает Маша. — Босс перепутал кресло со столом. Да и вроде наш разговор окончен. Он сейчас же уходит.
— Зайду ещё, — пообещав, иду к выходу.
Олеся странно косится на меня. Конечно она не в восторге от того, что у нас потихоньку всё налаживается.
Маша не берет все в штыки, идти с ней на контакт, находить общий язык стало гораздо легче.
Хорошо хоть, я не вспомнил о Левицком. Скажи Маша что-нибудь в его защиту, пришлось бы раскрыть все карты и сказать, что у него в доме малолетняя девчонка живёт, с которой он не в плохих отношениях. Надеюсь, больше не увижу их вместе. Придется использовать любой ход, чтобы Маша его оттолкнула.
Закрываю за собой дверь, устало потираю лицо.
— Что он хотел? — слышу голос Олеси.
— Плевать, что он хотел.
Мне после разговора с ним всегда дурно становится.
Удар под дых. Не хочется быть дерьмом в ее глазах. Больше не хочется…
— Ты просто реагируешь на него так же, как тогда.
— Хватит, Лесь.
— Я же вижу, Маш. Не отрицай.
Улыбаюсь. Вот это мне нравится. Да, я тоже реагирую так же, как тогда. Хотя, наверное, куда острее. Сердце в груди грохочет, когда она стоит близко ко мне.
До вечера время тянется как резина. Уверен, Маша не скажет, когда выйдет.
