— Наконец успокоился Хенрик и стал деловито убирать в шкафчик бутылки. — Бывало, мы с Ерсэль так же по ночам, после закрытия таверны болтали. Уютно, огоньки сверкают, дети спят наверху и мы, занимаясь уборкой, то дела обсуждали, то просто шутили друг с другом. — Хенрик тяжело вздохнул. — Кончились те времена. Теперь со мной либо ты, либо Агата, а там,глядишь, и Лука подрастёт. Или ты замуж выйдешь, будет твой муженёк ко мне захаживать.
Я вздрогнула, вспомнив холодный взгляд Дэйва. Даже не знаю, способен ли он опуститься до простого человека — хозяина таверны ради болтовни.
Я смотрела на мечтающего Хенрика, и сожаление кольнуло в груди. Не люблю врать. Если бы не обещание, данное Агате, рассказала бы Хенрику без сомнений, что есть у меня муж, которому я совсем не нужна.
Я взяла стул, в который вцепилась, и поставила его на место. Затем, отодвинув в сторону мысли о браке, так как не хотела на ночь глядя вспоминать об ужасах, произошедших со мной при попадании в этот мир, а то ещё ночью приснится, подошла к очищающему артефакту, который уже потух и убрала его под прилавок.
От рутинной работы я немного успокоилась и облегченно выдохнула, посмотрев, как Хенрик расставляет бутылки в баре.
Он стал строить планы. Значит, моя уловка подействовала.
— Всё у нас будет хорошо. Главное держаться друг за друга, помогать и защищать, — сказала я, то ли успокаивая себя, то ли подбадривая хозяина таверны.
Хенрик повернулся и, заглянув в мои глаза, похлопал меня по плечу.
— Я с тобой согласен, внучка. Хорошо, что ты приехала к нам.
Следующие два дня ничем не отличались от предыдущих. Я втянулась в график и стала привыкать к такой жизни. Хенрик в эти дни был трезв, когда мы встречались за завтраком, не хмурился и находился в хорошем настроении. Агата тоже расцветала. Архитектор — господин Бошен теперь стал нашим постоянным клиентом. Он не только ужинал каждый вечер в нашей таверне, но и завтракал. И у него всегда находились тёплые слова в адрес нашего заведения.
Только Агата, увидев его, старалась не выходить в зал. Однажды за завтраком, когда маленькая хозяйка таверны, стрельнув в Бошена тревожным взглядом, поспешно скрылась на кухне, Леонард с тоской посмотрев на неё, грустно уткнулся в меню."
"— Госпожа Хелени, я понимаю, что виноват перед вашими племянниками и хотел бы извиниться, — решительно произнёс мужчина. — Я хочу объяснить своё поведение детям.
