Они давным-давно женаты, ей скоро тридцать, а он действует на нее так, что даже на дурацком приеме она забывает обо всем, стоит ему только взглянуть попристальней.
Мистика какая-то."
"— Ты не умрешь от горя, если я пойду пообщаюсь? — Филипп погладил ее руку под тонкой перчаткой.
— Ты только и мечтаешь сбыть меня с рук, — сказала Александра.
Она знала, что у него своя программа, и по-другому быть не может — он в этом вырос, он аристократ, высшее общество, сливки и все такое.
Опять она мучилась от собственного несоответствия.
Филипп же вел себя так, будто это она делает ему честь своим присутствием. Ни разу он не дал ей понять, что она не умеет держаться, или ведет себя скованно, или слишком виснет на нем, хотя она действительно не умела держаться, была скованна и не отрывалась от него ни на секунду. Она прекрасно осознавала свои недостатки и чувствовала себя ужасно.
— Кстати, здесь сегодня какие-то русские, — сообщил Роберт. — Сам приглашал. Не знаю только, где они, и фамилии забыл.
Александра укоризненно посмотрела на него.
— Бобби, ты просто болван, — сообщила она ему. — Я бы лучше пообщалась со своими, чем с твоими соотечественниками.
— Прости, — сказал Роберт с притворным раскаянием, все это были элементы их общей игры.
Подошла целая компания — телевизионный продюсер из Голливуда, восходящая звезда его сериала, юная и прелестная, ростом с Александру, но державшаяся, как и подобает красавице, непринужденно и застенчиво одновременно, и два дипломата, наперебой подносившие звезде шампанское и зажигалки.
Курила она так, словно втайне гордилась тем, что у всех на глазах совершает нечто совершенно непристойное.
Александре она понравилась.
Филипп отошел с Робертом, Александра осталась болтать с голливудской звездой, радуясь, что все получилось не так уж плохо.
— Представляете, мы снимали десять часов, — говорила красавица Аманда, — и все время на этой чертовой речке. Ветер ужасный, а у нас в сериале, видите ли, жаркое лето!
Александра засмеялась. Она обожала Париж, в нем всегда легко и приятно, как в хорошем сне.
Даже в ноябре, самом унылом месяце года, этот город был по-особому мил.
— И как вы живете в этом жутком холоде? — продолжала Аманда.
— Они привыкли, — сказал Стивен Крейтон, ее продюсер, и качнул бокал в сторону Александры. — За вас, Алекс! Уговорите мужа приехать в Калифорнию или приезжайте без него. Голливуд стоит того, чтобы в нем побывать хотя бы разок.
Александре стало неловко под его взглядом.
