— Ты как там? Говорят, замуж вышла?
— Вышла, Михаландреич, — подтвердила Александра нарочито-бодрым голосом. — До свидания.
— Ну, до свидания, — согласился шеф-редактор.
Итак, Света тоже не Света.
Кому же понадобился военно-полевой фильм о локальном конфликте, сделанный по материалам пропавшего журналиста? И зачем?
Прижав к щекам руки, Александра раскачивалась на стуле. Как китайский болванчик, подумала она. Впрочем, что за странное выражение? Она никогда не знала, что это за болванчик и почему он раскачивается.
Соображай. Соображай, трусиха, дура!
Фильм такой, каким она его смонтировала, никому не может быть нужен. Просто фильм о войне. Даже не слишком интересный, потому что делал его не сам Иван, который умел показывать такие вещи.
Будем мыслить как мисс Марпл.
Значит, важно не содержание, а форма. Значит, нужен просто какой-нибудь фильм, смонтированный по материалам Вешнепольского. Значит, он подлежит дальнейшей обработке. Значит, что-то с ним будут еще делать…
Что?!
Сидя почти в течение месяца в аппаратной, которую, кстати, кто-то оплачивал, — и, как только что выяснилось, не Ванин редактор, — Александра не скрывала от окружающих, что монтирует фильм по материалам Вешнепольского.
То есть в курсе дела теперь, наверное, пол-Останкина: видеоинженеры, случайные корреспонденты, забегавшие что-то подклеить, начальники смен… И что из этого?
Трудно думать как мисс Марпл. Гораздо легче думать как Александра Потапова.
Зачем нужно было, чтобы этот фильм клеила именно она? И кому?
Да, начнем отсюда — кому это может быть нужно?
«Мотивы, мотивы, Ватсон» — так, кажется, говаривал Шерлок Холмс.
Если в фильм будет что-то добавлено, что-то такое, к чему Вешнепольский не имеет отношения и что, допустим, изменит общественное мнение относительно чего угодно, «заказчики» всегда могут сказать, что они ни при чем. Что «добавление» сделано человеком, смонтировавшим фильм. Этого человека можно будет легко обвинить в том, что за несанкционированное «добавление» он получил хорошие деньги, разве нет?
У Александры Потаповой запятнанная репутация, и в трудовой книжке увольнение в связи с «несоответствием».
Она — идеальный вариант для козла отпущения. Даже не для козла, на козла она не тянет, — для козы.
Если все это так, дело пахнет керосином. И Викиными духами.
Ну вот, она и добралась, кажется.
Чудовищные игры на уровне телевизионного руководства, очевидно, стоили Вешнепольскому жизни.
