Боже, если я просто увижу в нем того старого Рэма, что бросал в лицо Анне жестокие слова, хрупкий сосуд зарождающейся любви во мне просто разобьется.
С ужасом понимаю это и отгораживаюсь от дракона. Я не позволю осколкам ранить меня, оставить шрамы.
Затем поворачиваюсь к Рэму и неожиданно вижу в его глазах страх и понимание.
Наверное, у меня жутко холодное лицо сейчас, но я не могу иначе. Инстинкт самосохранения слишком силен во мне, я слишком долго его пестовала в одиночестве своей прошлой жизни.
— Ярослава, — он склоняется ко мне.
— Я принимаю тебя любую. Я готов пройти рядом с тобой через всю жизнь. Пусть без детей, это не имеет значения. Мне никто кроме тебя не нужен.
Рэм цедит эти слова низко, черты его лица заостряются. В этот момент в нем нет нежности и розовой романтики. Он просто берет и открывает передо мной часть своего жесткого внутреннего мира, наполненного огнем и сталью.
И я верю ему. Верю каждому слову.
60
Я на секунду прикрываю глаза, чтобы пропустить слова Рэма через себя.
Затем улыбаюсь и произношу:
— Мне кажется у нас есть шанс.
На его лице отражается огромное облегчение и Рэм откидывается на стуле. В этот момент он необыкновенно притягателен и мужествен, а я размышляю.
Ведь без потомства истинность теряет смысл. Без наследника я буду мало интересна его роду, нашу парность драконье общество примет как формальность, ничего более.
У нас будет только красивое блестящее кольцо и... всё. Вернее, мы будем друг у друга, и генерал Грэхем готов смириться с подобным исходом.
— Рэм, я согласна, что нужно показаться надежному целителю, — говорю я.
Открывать ему все свои секреты пока не тороплюсь, да и вообще боюсь попасть впросак. А если Инес Фьерд ошибается и какие-то Аннины проблемы я все же унаследовала?
Мне самой необходимо убедиться, что все хорошо, что я смогу стать мамой.
Да и мы с генералом только в начале пути, кто знает, что ждет нас дальше?
Хотя... Смотрю в его голубые глаза и понимаю, что он меня не отпустит больше. Тут даже слова не нужны, все ясно.
Рэм сжимает в сильной ладони мои слегка дрожащие пальцы и я сдаюсь. Опускаю ресницы.
— Я люблю тебя, — произносит он совсем тихо.
Сердце сжимается и я выдыхаю. Мне тревожно и одновременно сладко, но я не решаюсь ответить прямо на его слова.
— Ты что-то узнал про Эву Сайен, — вспоминаю я.
Рэм хмурится.
— Не хочу говорить о них сегодня.
Позже гуляем в саду и Рэм между прочим рассказывает мне историю этого места.
— Тут целый комплекс.
