Дядя с теткой подскакивают со своих мест, а их прилизанный сынок беззвучно открывает рот.
— Это какой-то обман! — кричит лорд Мойрош.
— Увы, милорд. Леди Мойрош вызвала меня перед смертью и внесла в завещание изменения. Свидетелями выступили ее компаньонка, мисс Паола и леди Шейсс. Поздравляю вас, леди Грехэм, — стряпчий обращается уже ко мне.
— Да бабка совсем спятила, — шипит кузина. — Такой домище отдать...
Она подскакивает с кресла и топая каблуками идет к родителям.
Кошусь на мужа, который выглядит приятно удивленным.
Его глаза насмешливо блестят.
— Поздравляю, — смеется он приближаясь. — Разведемся, и съедешь на Королевский проспект. Содержание назначу тебе чуть больше, чем обычно принято.
А меня затопляет радостью. Такой неожиданный сюрприз.
— Мы будем судиться! — склочная тетя подает голос.
— Хочу уйти отсюда, — говорю супругу. — От этих людей у меня болит голова.
Но прежде следует уладить кое-какие формальности. Ко мне подходит стряпчий и снова поздравляет с неожиданным наследством.
— Я жду вас завтра в своей конторе, чтобы все официально оформить, — говорит он и достает из кармана пиджака продолговатую карточку. — Возьмите мою визитку, леди Грэхем.
Улыбаюсь и, запомнив фамилию стряпчего, прячу визитку в сумочку.
— Леди Глэдис Мойрош оставила мне некоторые указания на ваш счет. На первых порах вам понадобятся защита и поддержка. Вы ведь понимаете...
Боковым зрением замечаю, что муж опять встретил кого-то знакомого и они увлеченно разговаривают. Мне не нравится, что он везде сопровождает Анну, как несмышленую.
— Я обязательно зайду, господин Роммер, — киваю.
Как только стряпчий отходит, на него сразу налетают родственники Анны. Как коршуны прямо. Что-то гневно требуют, возмущаются. Мужчина поднимает руки ладонями вперед, резко отвечает.
Мне становится любопытно, почему бабушка внесла в завещание правки. Надеюсь, завтра господин Роммер прояснит этот вопрос.
Ко мне тоже подходят незнакомые люди с поздравлениями. Я делаю вид, что узнаю всех, вежливо благодарю.
Маленькими шажками двигаюсь к генералу — пусть спасет меня сегодня, так уж и быть. А дальше я начну осваивать местный быт самостоятельно.
Под ненавидящими взглядами Мойрошев мы гордо покидаем особняк.
7
Всю дорогу молчим. Я погружена в себя и стараюсь осмыслить свалившееся счастье. Особняк можно продать. Но вдруг пугаюсь — может ли муж заявить права на имущество жены?
Кошусь на генерала, но он водит большим пальцем по подбородку и не смотрит на меня.
