Гладила крепкие грудные мышцы, трогала кубики пресса и с непонятно откуда взявшейся смелостью опускалась еще ниже…
Вскоре я услышала первый стон Кирилла – низкий, красивый, безумно возбуждающий. От этого звука у меня встали дыбом все волоски на теле, и я начала коротко, загнанно дышать, ощущая странное томление. Неудовлетворенность. Желание принадлежать ему.
Кирилл подмял меня под себя и начал целовать.
– Будет больно скорее всего, – прошептал он мне на ухо, щекотно опаляя кожу дыханием.
– Я справлюсь.
– Я знаю, ты сильная девочка.
Ты точно хочешь?
– Да. Я хочу. Я люблю тебя.
Резкая, будто обжигающая боль заставила меня вскрикнуть и изо всех сил вцепиться в плечи Цареву, будто пытаясь его остановить.
– Тшш, тихо, моя хорошая, уже все. Больно еще?
Было больно, но я почему-то отрицательно мотнула головой. Мне хотелось, чтобы он продолжил. И он продолжил: мучительно нежно, плавно, пока я не поняла, что боль ушла.
Кирилл начал тяжело, прерывисто дышать, его взгляд поплыл, становясь абсолютно пьяным и расфокусированным.
– Крис, – выдохнул он. – Криииис…
И наконец хрипло и длинно простонал, бессильно опускаясь на меня. Такой тяжелый и горячий, что мне должно было быть неудобно, но почему-то не было. Я прижала к себе его голову, взъерошила влажные темные волосы, и в глазах защипало от того, какой Кир сейчас открытый, расслабленный и даже беспомощный. Какой он сейчас со мной настоящий.
– Я мог дольше, – пробормотал он бессвязно, уткнувшись мне в шею, – но первый раз не надо долго…Потом когда заживет…
– Кир.
– Крис.
Он с невыносимой нежностью поцеловал меня в висок, а потом болезненно усмехнулся:
– Я люблю тебя.
– Я знаю. Я тоже тебя люблю.
Мне казалось, что все мое тело превратилось в желе, не было сил даже рукой шевельнуть. Было бесконечно хорошо. И только неприятное саднящее ощущение между ног заземляло и возвращало мыслями к реальности.
– Мне в душ надо, а для этого тебе надо меня отпустить, – прошептала я, поглаживая его спину, и Кирилл длинно вздохнул.
– Я бы вообще тебя не отпускал, если бы можно было….
Но тут же откатился в сторону и, бережно обняв меня за плечи, поднял и прижал к себе.
– Отнести тебя в ванную? – серьезно поинтересовался он.
– С ума сошел? Я сама дойду, – смутилась я. Я видела следы крови на своих бедрах и мне было ужасно неловко, что он будет меня трогать, когда я в таком виде. Лучше уж я помоюсь, а потом еще полежим и пообнимаемся. Надо только родителям будет сначала позвонить, вдруг они меня потеряли.
