Напугаю еще раньше времени. Она и так вся слишком нежная, чистая, трепетная. И пахнет так… тонко и свежо. Ландышами.
Я смутно помнил ту ночь, когда Мышонок спала рядом со мной: выпил много, да и рассчитывал на другое, но этот фантомный запах ландышей остался со мной на весь день. И по сравнению с ним тяжелый сладкий запах Ленкиных духов, который потом приходилось вдыхать, пока мы кувыркались в кровати, безмерно раздражал. Ленку хотелось отправить в душ, чтобы смыть этот навязчивый аромат, а Крис хотелось прижать к себе и дышать ею.
Я с неудовольствием подумал о том, что вые… хм, выпендривался сегодня явно больше, чем стоило бы. Зачем-то не надел футболку под кимоно, хотя это было в разы практичнее и удобнее. Спарринговал с Тошей так жестко, будто мы на всероссе за первое место дрались. И все время думал о том, как на меня сейчас смотрит Крис. Хотелось, чтобы смотрела восхищенно. Иррационально хотелось понравиться.
Хотя это как раз понятное желание, это же для дела: чем больше я ей нравлюсь, тем легче будет выполнить условия спора.
Но Тошу все же можно было и не брать на удушающий. Он мне это еще припомнит.
– Позвони своему другу, – вдруг тоненько попросила Мышонок, вырывая меня из моих мыслей. – Пусть вернется и откроет нам дверь.
– Хорошая мысль, – с готовностью согласился я, – пойдем в раздевалку.
По темному коридору мы пробрались в мужскую раздевалку, я пошарился в своем шкафчике и с разочарованием сообщил, что мобильник оставил в машине.
Про то, что сделал это специально, говорить, конечно же, не стал.
– Давай позвоним с моего, – в голосе Мышонка уже явно звучали панические нотки. – Диктуй номер! Пока он не ушел далеко!
– Крис, я ни одного номера наизусть не помню, у меня они все в памяти телефона забиты.
– Пошли на вахту! – дернула она меня за руку. – Там должно быть написано, куда звонить в экстренных случаях!
Внутри меня поднималось бешенство.
Ну вот какого фига она такая активная?
– Мышонок, – я выдохнул и постарался спокойно ей все объяснить, – у меня будут большие проблемы с тренером, если мы позвоним руководству или службе охраны. Я и сам не должен был сегодня тут находиться, и уж тем более не имел никакого права притаскивать тебя.
– А у меня будут большие проблемы дома, если я не приду ночевать! – вдруг крикнула она и всхлипнула.
