А судя по тому, как сладенько улыбнулась Ленка с задней парты, все это прислала мне она. Что ж, спасибо. Хотя бы буду в курсе. Молча показала этот ужас Уле, она приглушенно ахнула, тут же зажав рот ладошкой, чтобы не спалиться перед преподавателем. И только она потянулась к моему уху, чтобы что-то шепнуть, как дверь аудитории распахнулась."
"– Professor Denisov, the secretary is asking Lapshina to come at once (Студентку Лапшину просят пройти в деканат) – раздался невозмутимый голос Кирилла, и как бы я ни была на него зла, все же на мгновение заслушалась низким чувственным голосом и тем, как идеально он выговаривал английские слова.
Преподаватель аж засиял, услышав безупречное британское произношение, и кивком головы отпустил меня. Пришлось идти, хотя я готова была поспорить на миллион, что ни в каком деканате меня не ждали. Я вышла вслед за Кириллом из аудитории, но не успела прошипеть даже «Какого хрена?», потому что он моментально оказался очень близко и, глядя мне в лицо потемневшими от ярости глазами, горячо выдохнул:
– Кто? Кто из этих тварей тебя фотографировал?
– Марго, – пролепетала я, не ожидавшая такого напора.
– Она и сегодня ко мне подходила, предлагала выкупить эту фотку…
– Убью, – коротко резюмировал Царев, развернулся и торопливо пошел по коридору, но через пару шагов оглянулся:
– Почему сразу не сказала про фото? Было бы намного проще! Сейчас это уже по сети разлетелось – все не вычистить.
– И не надо! – вдруг выпалила я. – Не трать на меня силы и время, я этого все равно не оценю.
И вообще мне плевать, что там про меня в интернете пишут.
– Хороший подход, – одобрительно кивнул Царев. – Если и правда дергаться не будешь, то все быстро об этом забудут. Людям на самом деле глубоко похрен на твою жизнь, даже не поверишь насколько. А за Марго не переживай, я с ней…поговорю.
И нехорошо усмехнулся: у меня даже мороз по коже пробежал.
Глава 20. Скандалы, интриги, расследования
Кирилл
Насколько я помню, есть пять стадий принятия события. Вот Марго уже с успехом проскочила отрицание (Это не я, Царь, с дуба рухнул что ли?), гнев (Пошел нахрен, придурок! И руки от меня свои поганые убрал!), торг (Кир, слушай, давай договоримся по-нормальному) и сейчас пребывала в депрессии: молча курила уже третью сигарету, мрачно глядя себе под ноги.
Я рассеянно изучал предплечье, на котором отпечатались зубы Марго. Пока я ее тащил на улицу, чтобы не устраивать разборки в универе, она умудрилась довольно больно укусить меня.
