— Вот, — он протянул ей чашку. — Друг из Марокко привез. Васильковый.
Гульнара отрешенно кивнула, взяла чашку — и тут же поставила на стол.
— Я тебе все сейчас объясню.
Да уж. В объяснениях Булат очень нуждался. Для того, чтобы понять, что делать дальше.
— Я… — Гульнара прерывисто вздохнула. — У меня случилась… задержка. Ну… Ты понимаешь…
Булат смотрел на ее заалевшие щеки. Я-то понимаю, а вот ты понимаешь, во что мы сейчас вляпались?
— Понимаю, — отозвался коротко.
— Ну и вот… Я пошла в аптеку и купила тест на беременность.
Он показал две полоски. Ну, то есть, что я беременна. А это… этого быть не могло, — Гульнара обхватила руками чашку. Чашка должна быть горячей, но девушка будто ничего не чувствовала. — Я… я не помню ничего из того, что было в тот вечер, когда ты… Когда ты меня забрал из бара. Я помню только, как проснулась у тебя в ванной. Я… я подумала, что ты… что у нас что-то было… — закончила она тихо.
— Не было. Тогда, — исправился Булат. — Тогда не было."
"— Да, — торопливо кивнула Гульнара.
— Я теперь это знаю. А тогда я растерялась и… Ну, и решила, что ты-то должен знать правду. Как оно все было. Ты же, в отличие от меня, все помнишь. Поехала к тебе. И… — Гульнара сделала глоток чая и часто задышала. — В общем, после того, как мы с тобой утром поговорили, я как-то успокоилась. Я поняла — знаю, что запоздало — что надо бы сходить к врачу. Для более точного диагноза. Понимаешь, просто… — она бросила на Булата косой короткий взгляд и снова уткнулась взглядом в чашку. — Я наблюдаюсь у семейного врача, и мне бы не хотелось, чтобы… чтобы кто-то еще об этом знал.
Но после разговора с тобой я поняла, что можно просто обратиться к любому доктору! Вот вообще к любому. Я позвонила в пару клиник и… В общем, я после обеда была у врача, и она меня осмотрела и сказала… такая хорошая женщина… — Гуля снова как-то по-детски шмыгнула носом. Щеки ее стали совсем пунцовыми. А Гуля глубоко вдохнула и выпалила: — Она сказала мне, что девственная плева не нарушена, беременности нет, и это просто был бракованный тест!
Это был, как любит говорить Вадик Коновалов, снукер.
Вадим это слово произносил с длинным свистящим «с-с-с-с». В особо исключительных случаях добавлял со вздохом: «От двух бортов, однако». Здесь тоже, похоже, от двух бортов.
Теперь, когда Гульнара рассказала все факты, история казалась простой. Даже простейшей. Но Булат умудрился из такой простой истории вывязать сложнейший узел. Вот воистину говорят — сапожник без сапог. Он же сам врач.
