– А завтра он придет? – режет по живому наивный вопрос дочери.
Вот и ответ, ради кого я все это терплю.
– Наверное, – выдавливаю против воли.
Не представляю, как теперь буду смотреть ему в глаза. Как смогу общаться, помня о нашем поцелуе? И как отнесется к произошедшему сам Воронцов? Он ведь по-прежнему женат, и где-то в другом городе, уверенная в своем муже, его ждет и любит другая женщина.
На мгновение чувствую себя запятнанной. Словно это не он, а я виновата в произошедшем.
Хотя отчасти так и есть. Ведь не оттолкнула. Позволила!
– Он обещал научить меня играть во взрослую ходилку. Мо-но-полия называется, – выговаривает она важно по слогам. – Там нужно уметь считать. Но я же умею. До ста!
– Ты у меня умница. – Целую в макушку Алису, пока горло стягивает невидимая колючая проволока, напоминая о действительности. О том, что Воронцов теперь прочно закрепился в нашей жизни и от его присутствия уже никуда не скрыться. – Поэтому закрывай глазки и попытайся уснуть.
Ты же помнишь: чем быстрее заснешь, тем быстрее наступит завтра!
– Помню, – соглашается она.
Поворачивается на бочок и замолкает. Правда, не успеваю я обрадоваться, что сегодняшний день закончился, как слышу тихий стук во входную дверь. В первый момент мне даже кажется, что это галлюцинация, игра воображения, но уже через минуту и Алиса удивленно поворачивает голову.
– Кто-то стучится?
– Кажется, да, – нехотя соглашаюсь.
– Папа вернулся?
– Не знаю.
Но вряд ли. Я пойду посмотрю. А ты пока пробуй заснуть.
Я встаю с кровати, думаю несколько секунд, но настойчивый звук повторяется. Не показалось.
Чужие в подъезд не зайдут – значит, это кто-то из местных. Может, что-то случилось?
Я случайно забыла закрыть кран в ванной? Где-то прорвало трубу?
Кто еще придет посреди ночи?!
Я дохожу до двери, заглядываю в глазок и вижу на лестничной площадке Нику!
Твою налево!
У нее горит?
Встреча с Воронцовым задела за живое?
Пришла читать нотации по этому поводу?
Меньше всего мне сейчас хочется слушать претензии от кого бы то ни было.
А от подруги и подавно. Но, зная, что я не сплю, Ника вряд ли уйдет.
Открываю замок и встаю на пороге, сложив руки на груди, всем своим видом показывая, что она не вовремя. Но Ника, словно не замечая моего недовольства, отталкивает меня с дороги и нагло заходит внутрь, закрывая за собой дверь.
