Я словно возвращаюсь в прошлое, прокручивая кадр за кадром. Как я с мазохистским рвением разглядываю каждое фото сотню раз, как напиваюсь до чертиков в глазах, как в таком состоянии иду к Яне, чтобы поговорить, но вместо этого меня несет. Я ведь боялся прикасаться к ней, берег, как главную святыню! Даже целовались мы – по пальцам пересчитать можно. А она…
Почему другому можно, а мне нет? Почему я не могу взять то, что мне обещано?
Я не помню всех подробностей того вечера, но в тот день я явно перегнул палку. Наговорил лишнего.
И не только наговорил.
Яна после того дня шарахалась от меня как от огня, а когда я пришел в себя, привел мозги в порядок и решил выяснить правду, она просто кинула меня в черный список.
– Даже если ты останешься последним парнем на земле, она все равно на тебя не взглянет! – заявила Ника, когда я пытался подойти к Яне на улице, заметив ее в компании подруг. – Не пытайся, малыш! Такие девушки не для тебя. Просто запомни. У тебя ничего не получится!
Яна, стоящая в стороне, даже не обернулась.
– А если получится? – взыграло тогда во мне.
– Ты плохо меня знаешь, Вороненок. Я никогда не бросаю слов на ветер. И уж тем более не проигрываю!
– Ой, обозналась! Извините. Просто вы мне одного человека напомнили, – внезапно теряется Вероника, пристально разглядывая меня в тусклом свете подъездного фонаря. – Показалось.
Мне становится смешно. Особенно когда вижу, как меняется ее взгляд с удивленно-возмутительного на оценивающе-одобрительный при более близком контакте, когда она оказывается на расстоянии вытянутой руки.
Она действительно считает, что ошиблась, а я не тороплюсь развенчивать ее убеждения. Мне даже интересно посмотреть на нее сейчас, через призму прошедших лет и пережитых мною событий, которые так или иначе внесли свою лепту в мой характер, в мое отношение к жизни.
Встретиться лицом к лицу и взглянуть на ее реакцию теперь, когда у меня за душой чуть больше ломаного гроша.
Да, признаюсь, у этой девицы всегда был нюх на богатых мужиков.
И я вижу, как своим рентгеновским зрением она безошибочно определяет мой статус, размер счета в банке, уровень щедрости. И как одобрительно сверкают ее глаза.
Уголки губ сами собой ползут вверх в насмешливой ухмылке. Едва заметно киваю в знак приветствия и жду дальнейшего разворота событий."
"– Я к соседке, Наталье Петровне. Мама попросила зайти к ней. Плохо ей. Посидеть до скорой, – объясняет, морщась и всем видом показывая свое отношение к подобной просьбе.
