Единственным человеком, который когда-либо готовил суп для меня, была Тереза, няня, которую мои родители наняли, чтобы мой отец мог летать по всему миру и работать, пока моя мать топила свое одиночество в алкоголе. Не понимая моего молчания и хмурого выражения лица, она покраснела еще сильнее.
— Я имею в виду... тебе вовсе не обязательно есть мой суп. Если ты предпочитаешь пиццу, я могу заказать...
— Нет! — я чуть не вскрикнул. Она даже подпрыгнула. — Прости, — я сделал паузу. — Я хочу твой суп. Не думаю, что мой желудок мог бы справиться с пиццей прямо сейчас.
Ее глаза загорелись.
— Сейчас принесу.
Она поспешно вышла из комнаты и вернулась с подносом.
— Где ты нашла поднос? — спросил я, когда она поставила его на мою тумбочку.
Я мысленно поблагодарил высшие силы за то, что пакетики с презервативами хранились у меня в верхнем ящике стола, а не на виду.
— Он лежал в глубине кухонного шкафа.
— Я даже не знал, что у нас есть такое. Должно быть, осталось от предыдущего владельца.
— В этом есть своя польза, — сказала Эмбер, прислонившись к моему столу.
Я случайно взглянул на поднос. Посередине стояла тарелка с дымящимся куриным супом. Но это было еще не все. Ещё была кружка с бледной жидкостью. Я сделал глубокий вдох. Ромашковый чай. Я сморщил нос.
— Это поможет твоему желудку, — строго сказала Эмбер, заметив выражение моего лица.
— Ненавижу этот вкус.
Она слегка улыбнулась.
— Ты привыкнешь.
Я схватил поднос и поставил его себе на колени, стараясь ничего не пролить.
Эмбер повернулась и направилась к двери.
— Не составишь мне компанию? — выпалил я.
Она медленно обернулась, и на ее лице промелькнуло удивление.
— Тебе не обязательно это делать. Уверен, что у тебя есть дела поважнее, чем составить компанию умирающему человеку, — я издал мелодраматический вздох.
Она рассмеялась, ее лицо и тело заметно расслабились.
— Вообще-то, сейчас мне нечем заняться, но ты не выглядишь так, будто умираешь.
В ее карих глазах появился веселый огонек, которого я никогда раньше не видел.
На этот раз затравленный взгляд покинул ее прекрасное лицо.
Она села на мое офисное кресло. Я был удивлен, что она решила сесть так близко ко мне. Слабый и больных гриппом, я, вероятно, выглядел довольно жалко, совсем не опасно и не угрожающе. Но я никогда еще не был так счастлив от того, что выглядел жалким. По крайней мере, Эмбер чувствовала себя комфортно в моем обществе.
Когда я закончил есть суп, чай уже остыл.
