– Зачем мне его рука?
Я пропустила слова Матвеева мимо ушей и с придыханием продолжила:
– Ага! На колено встанет и все такое…
– А отец твой как будет без руки? – не унимался Миша.
– Заткнись! – прошипела я, сама подивившись своей резкости. Привязался же с этой рукой!
– И старая карга тогда пускай от вас съезжает, освобождает квартиру. Счастье молодой семье! – закивала соседка, которая терпеть не могла мою тетку. – Миленькие мои! Наверное, вдвоем побыть хочется, да?
Мы с Мишей растерянно переглянулись.
– Насытиться друг другом, – снова покачала головой Александра Марковна.
Я, поперхнувшись чаем, только смущенно закашлялась. А Миша откровенно развеселился.
– Ох, не говорите! – со смехом проговорил он, по-свойски положив ладонь на мое колено. Я проследила за ним и нахмурилась.
– Мне на ночь глядя и сходить некуда, – обреченно проговорила старушка, посматривая в черное окно, – чтобы вас наедине оставить.
– Не беспокойтесь, – наконец проговорила я. – Потерпим!
Тем временем ладонь парня уверенно скользнула выше, практически под подол платья.
Это движение вызвало во мне негодование и целый табун мурашек. Я округлила глаза от такого бесцеремонного отношения и ткнула Мишу пальцем под ребра. Матвеев, дернувшись, негромко рассмеялся и быстро убрал руку.
– Ох, я в ваши годы… – покачала головой Александра Марковна. – Был у меня один жеребец… – начала соседка. – Миша, тебе еще кипяточку в заварку долить?
– Да, пожалуйста, – улыбнулся парень, пододвигая к ней кружку.
– Так вот, был у меня один жеребец… – предавшись воспоминаниям, продолжила старушка.
Вспомнив о тех разговорах, я негромко рассмеялась. Миша, возившийся в это время с постельным бельем, покосился на меня.
– Будешь скучать по Александре Марковне? – спросила я.
– Она мне здорово помогла, – кивнул парень.
– Это да…
– И холодцом кормила, – улыбнувшись, Миша посмотрел мне в глаза.
– Кошмар! – скривилась я. – Гадость какая.
– И пирожками с ливером, – не унимался Матвеев.
– Прекрати!
Миша рассмеялся и уселся на нижнюю полку.
– А про жеребцов еще рассказывала? – спросила я, скрестив руки на груди.
– У нее их было больше, чем оленей в упряжке Санты, – покачал головой Миша.
Я тоже рассмеялась, подошла ближе и присела на край полки рядом с парнем. Вдвоем мы уставились в окно. Поезд снова дернулся и наконец бесшумно тронулся с места, неспешно набирая ход. Постепенно многочисленные пригородные постройки, заборы и склады спрятались за деревьями.
