Беспокоить там тебя никто не будет. Гаражом сто лет никто не пользуется, он слишком далеко от моего дома. Мне проще под окнами тачку бросить, кому она нужна… Ей сто лет в обед.
Подруга вырулила на широкий и пустой в этот час проспект. Мигающие желтым светофоры освещали мокрый блестящий асфальт. Ехали молча. Ната негромко включила радио, по которому диджей в вечернем эфире принимал звонки и беседовал на тему: «На что вы готовы ради любви?».
Открыв гараж, Ната щелкнула выключателем. Просторное помещение озарило желтым мягким светом.
– Электричество, как видишь, есть. Исправно плачу. В погребе еще огурчики бабушкины. И лечо из кабачков.
– Заманчиво, – кратко отозвался Миша, оглядываясь. Он вообще в этот вечер был немногословен. Впрочем, как обычно.
– Тут даже вентилятор в наличии, – похвасталась подруга, – и старая раскладушка. Сортир… Сортир в соседних кустах. – Натка хмыкнула. – Райончик, конечно, так себе. Сплошной криминал. Особо не светись. И это… располагайся, в общем!
– Спасибо, – сказал Миша.
Мы с Натой переглянулись.
– Вообще-то не за что, – пожала плечами подруга. – Не знаю, почему тебе помогает Улька, но у меня свои цели.
Миша вопросительно кивнул.
– Кто-то обещал мне подсказывать на экзаменах, – выразительно посмотрела на меня Ната.
– И подскажу, – кивнула я.
Мы замолчали.
– Ладно, уже поздно… Я пойду в машину, – откашлявшись, проговорила Натка. – Ульян, жду тебя там.
– Ага.
Я проводила подругу взглядом, а затем снова повернулась к Мише. Парень смотрел на меня с интересом.
– А действительно, – начал он, – для чего тебе это все?
Я пожала плечами. Внутренний голос говорил: «Так надо». Но Мише вряд ли подойдет такое объяснение.
– Ты против? – спросила я.
– Мне просто любопытно.
– Мне и самой любопытно, – честно сказала я. – Завтра после зачета принесу тебе постельное белье и еду. Пока!
Я хотела развернуться, чтобы уйти, но внезапно Миша сделал пару шагов в мою сторону, схватил за запястье и притянул к себе. Осторожно поцеловал в висок и горячо прошептал на ухо:
– Большое спасибо.
Как только все закончится, я не останусь в долгу. Обещаю.
– О чем ты? – смущенно проговорила я, отнимая руку. – Все хорошо. До завтра!
Я так заторопилась к выходу, что по дороге зацепилась за пустую банку из-под краски. Та с противным скрежетом покатилась по полу.
Сев в «Пежо» на переднее пассажирское сиденье, я громко хлопнула дверью. Дождь по-прежнему накрапывал. Дворники негромко скребли по ветровому стеклу.
