— Не знаю, Алекс. Я боюсь не справиться.
— Ты мне сейчас нужна как воздух, Маш… Помоги, ладно?
— Ладно, что с тобой делать? Ой, там мама пришла. Скорее одевайся.
— Мама знает о нас, Марусь. Не суетись.
Глава 44
АЛЕКС
— Вениамин Андреевич, станьте поближе! Да, вот так, — командует Марина Алексеевна. — Вы же не влезете в кадр!
— Мама, иди к нам! — кричит Маруся, поправляя полы свадебного платья.
Порывы осеннего ветра взвивают воздушно-пенную фату. Срывают разноцветные, пожухлые листья и прогоняют тяжелые, нависшие над городом тучи.
— Ох, иду, детки, иду.
Моя мама держит в руках Варьку и счастливо улыбается. Она всегда любила Марусю… Когда мы явились к ней в гости, румяные и счастливые, она промолчала… Расплакалась и притянула Машку к груди. Бормотала что-то про дьявольские козни и чужие интриги, но тогда ее слова не имели смысла… Мы вычеркнули прошлое. Во всяком случае попытались это сделать… Оставили его, как чемодан без ручки, и вошли в новую жизнь налегке.
И эта осень — ароматная и теплая стала моим любимым временем года.
Машка, наконец-то, стала моей женой после долгих уговоров. Да-да, она не решалась пойти в загс и подать заявление. Ждала заседания суда над ее мерзавцем-бывшим и Яной.
К нашему счастью, улик и свидетельских показаний оказалось достаточно. Судья вынес решение на третьем слушании. Роману Федосееву за организацию похищения, побои и угрозы убийства дали восемь лет лишения свободы в колонии строго режима. Геннадию Сизову и Дмитрию Варламову — по пять лет лишения свободы.
Ее бывшей свекрови — Зое Николаевне — два года условно…
Мы с Марусей пришли на заседание суда. Она бесстрашно смотрела в глаза Роману, потому что справа стоял я — защитник и будущий муж.
А я испытывал гордость, говоря во всеуслышание, что мы женимся… Держал ее за руку — прекрасную, нежную девушку и бесстыдно плевался ненавистью к преступникам."
"Роман не сказал ничего… Даже прощения не попросил. Все, о чем он думал — потерянное наследство своего отчима… Они ничего не получили.
Ничего. Маша продала их с Ромой квартиру, купленную в браке, и забрала свою долю…
Единственным, кто извинился перед Машей, был Варламов. Но это мало ему помогло… Их всех взяли под стражу прямо в зале суда.
— Давайте скорее, — протягивает Вениамин. — Я уже есть хочу. Саня, как ты терпишь все это? Фотосессии, позирование? Не поверите, ребята, я на своих свадебных фотках вышел с кислым лицом. Почти на всех.
— Ты и в жизни такой, — усмехаюсь я. — Ладно, шучу.
