Тешу себя этой мыслью, тщательно заталкивая в душу другую — он дорог мне, как и прежде… Волнует, будоражит и неволит сердце… Не могу я рядом с ним находится — больно…
— Привет, Марусь, — входит Алекс, широко улыбаясь. — Спит Варя?
— Нет, проснулась. Играет, если это так можно назвать.
Он прищуривается, окидывая меня придирчивым взглядом. Кажется, краснеет… Стыдливо отводит глаза, словно увидел что-то непозволительное…
— Прекрасно выглядишь, Маруся. Тебе лучше? Не болит уже… грудь?
— Нет, спасибо. Мой руки и садись обедать.
Между лопаток печет от его взгляда — знаю, что смотрит… Делаю вид, что хлопочу по хозяйству — выдвигаю ящички, что-то беру, а затем кладу обратно. Дурость какая-то, но не могу по-другому… Так его стесняюсь. Раньше бежала встречать и падала в объятия Саши уже в прихожей. Губами к губам прижималась, целовала, ласкала… А сейчас чужой. Не мой мужчина, чужой жених…
— Марусь, я могу Варю на руки взять? — спрашивает неожиданно.
— Да, конечно.
Саша споласкивает руки и проходит в комнату.
Без стеснения сбрасывает пиджак и избавляется от галстука. Опускается на колени и склоняется над моей дочкой.
— Кто проснулся? Варя? Какая ты красивая малышка… На маму похожа. Что там такое на потолке? — улыбается, поднимая голову.
Я привязала к люстре игрушку, на радость дочери. Стою, привалившись к дверному проему, и едва слезы сдерживаю… Она могла бы быть его… Если бы не мое предательство.
— Ты будешь замечательным папой, Алекс, — произношу чуть слышно. — Вы с Яной планируете детей?
— Да.
Мы завтра подаем заявление в загс, Маруся, — бесцветно, словно речь о чем-то будничном, произносит он.
— Поздравляю.
— Я бы пригласил тебя на свадьбу, но… Ты сама понимаешь, что это невозможно.
— Понимаю, конечно. Завтра я приеду в офис, Алекс. Не могу я здесь столько гостить. И злоупотреблять твоей добротой тоже не могу.
— А вот с отъездом не стоит торопиться. Тебе здесь безопаснее, Марусь. И не спорь. Я не гоню тебя. А завтра в офисе обсудим юридические моменты.
— Спасибо тебе.
— Обедом-то накормишь?
Глава 14
МАРУСЯ
— Присаживайся за стол.
Сейчас я накрою. Прости, я успела позабыть, какой ты любишь хлеб, и купила ржаной, — глуповато улыбаюсь я, наблюдая за Сашей.
Он стоит в дверном проеме и держит в руках Варюшку. Нюхает ее волосики и сдерживается, чтобы не расцеловать щеки. Такие они у нее сладкие, невозможно устоять. И про хлеб я наврала… Я все помню. Все привычки и причуды Саши. Все помню…
— Если хочешь, поцелуй ее, — произношу чуть слышно.
