– Тело нашли? – задал следующий вопрос подполковник.
– Да, нашли… потом. Но меня уже в Анапе не было, я уехал в Москву.
– А кто производил опознание тела?
– Вроде бы повариха, она знала Нину с самого рождения.
– Понимаете, в чем дело, Никита Анатольевич. Ваша жена жива, и она обвиняет вас в том, что это вы хотели ее убить вместе со своей любовницей.
– Как – жива?! – изумленно спросил Никита и побледнел, как покойник. – Этого не может быть!
– Гражданин Сысоев, вы хотя бы поняли, что я вам сейчас сказал? – повысил голос подполковник.
– Вас обвиняют в преднамеренном убийстве!
– Кто? – глупо улыбнулся Никита.
– Ваша жена. Она жива-здорова и, по-моему, великолепно себя чувствует, – безжалостно сыпал словами подполковник, совершенно при этом не меняя выражения лица. – Вы меня поняли?
– Этого не может быть, – вновь повторил Никита и посмотрел на подполковника, как будто стараясь понять, шутит тот или нет. – Прошло уже больше года…
– И что из этого следует?
– Да нет, ничего, – пробормотал Никита и нахмурил лоб.
– Просто я хочу понять, что здесь происходит. Вы меня решили разыграть таким диким и совершенно неуместным способом? Или я чего-то не понимаю?
– Похоже, не понимаете, – вздохнул мужчина. – Ну да ладно, сейчас вас отправят в тюрьму, к вам туда приедет адвокат и все объяснит. В мои полномочия входят совершенно другие задачи. Поговорим о Париже.
– Я что, арестован? – перебил подполковника Никита.
– Совершенно верно, арестованы, – как о чем-то само собой разумеющемся, сказал мужчина.
– Вас что-то не устраивает?
– А где постановление?
– Пожалуйста, ознакомьтесь. – И подполковник протянул Никите лист с печатным текстом. – Не волнуйтесь, все законно.
– Что значит – не волнуйтесь?! – взвизгнул вдруг Никита, как истеричная баба, и вскочил со стула. – Я требую адвоката, и немедленно!"
"В кабинет тут же влетели два конвоира и, бросившись к Никите, заломили ему руки за спину.
– Уведите, – устало бросил подполковник. – Пусть с ним Никифоров завтра разбирается, у меня и без этого дел по горло.
Один из конвоиров застегнул на запястьях арестованного наручники и, подталкивая к двери, грубо сказал:
– Пошел.
Никита беспомощно оглянулся на подполковника и, спотыкаясь на каждом шагу, побрел к двери. Уже почти дойдя до нее, он резко остановился.
– Я требую очной ставки! Если моя жена действительно жива, я должен увидеть ее. Я вам не верю. Ни единому вашему слову. Она утонула в море.
