Просто перенервничала, вообразила себе непонятно что, а на самом деле, конечно, никакой Антон не ковырялся в моей двери. Как бы он меня нашел? Впрочем, легко было обмануться — голос этого соседа сверху обалдеть как похож на голос моего бывшего мужа, прямо до самых отвратительных мурашек и рвотных позывов. И вроде бы разобрались вчера с ситуацией, а у меня все равно зуб на зуб от страха не попадал. Все из-за этих дурацких кошмаров, будь они неладны. Когда же они уже закончатся?
Спасибо Глебу Викторовичу.
Не покрутил пальцем у виска, проявил внимание, забрал к себе. Не знаю, чем объяснить, но в его доме мне очень спокойно, и впервые за долгое время я нормально выспалась.
Оглядываю комнату для гостей и невольно восхищаюсь. В утреннем свете она еще красивее. Живут же люди! Матрац мягонький как лебяжий пух, мебель вся новая, нежного кремового оттенка. Спальня будто из журнала интерьеров. Даже ванная с туалетом тут есть. Очень удобно и продумано.
Наскоро умываюсь, чищу зубы, заплетаю волосы в косу набок.
Из скудного выбора одежды предпочитаю на сегодня синюю водолазку с джинсами. Накидываю кофту и тихонько спускаюсь, гадая, будет ли уместно, если пойду на кухню и приготовлю себе завтрак. Все-таки я в чужом доме, здесь ничего моего.
Можно было бы спросить Глеба Викторовича, но не буду же я вламываться к нему в спальню с утра пораньше в воскресенье, правда? Мало ли чем он может заниматься со своей женой. Тем более что она у него — ух! Что называется, почувствуйте себя гадкими утятами.
Ночью она мне явно не обрадовалась, но тут-то я ее понимаю. Кто бы обрадовался незваной гостье в такое время? Однако, когда Глеб Викторович меня представил, она тут же сменила гнев на милость и устроила меня в эту милую спальню.
Эх, спальня-то милая, но холодильника с едой нет. А желудок требует основательно подкрепиться — как и каждое утро, день и вечер, с тех самых пор как забеременела. Раньше могла почти сутки не есть, и нормально, а теперь нет.
Готова поклясться, у Глеба Викторовича будет очень прожорливый малыш. Лишь бы родить здоровенького.
Спускаюсь, любуясь покрытой лаком деревянной лестницей, богатством отделки. Никогда не была в таком красивом доме. Но… Это ж сколько его надо убирать? Можно жизнь на уборку положить! А все сверкает, как будто тут все вчера надраили сверху донизу. Какая хорошая хозяйка жена Глеба Викторовича. Наверное, ей приходится нелегко с такой жилплощадью.
