Я любым способом должна этому помешать.
Мозг начинает работать с огромной скоростью.
Нацепляю на лицо улыбку и елейным голоском отвечаю Антону:
— Милый, мне так приятно…
Он осекается, смотрит на меня как на инопланетянку.
— Что тебе приятно? — спрашивает недоверчиво.
Решаю потянуть время сколько смогу, попробую его заболтать. Авось удастся выскочить из квартиры и позвать на помощь.
— Что ты так меня добиваешься, — объясняю все с той же улыбкой. — Если честно, я думала, тебе все равно. Но ты примчался за мной в Москву, пусть и полгода спустя… Мне безумно приятно!
Саму воротит от того, что говорю, но Антон, кажется, верит.
Тут же расплывается в довольной улыбке.
— Я знал, что ты меня на самом деле до сих пор любишь… Ну, раздевайся, не тяни!
С этими словами он скидывает с себя рубашку. Играет накачанными мышцами.
Всеми силами стараюсь скрыть неприязнь.
— Сейчас не могу, прости, — пожимаю плечами и продолжаю ему улыбаться. — Видишь ли, время неудачное. Мне сделали кое-какую процедуру, и секс будет небезопасен, но позже… Ты ведь потерпишь пару дней, правда, милый? Если, конечно, тебе интересен не разовый пересып.
— Ты права, разовый пересып мне неинтересен. Но если ты думаешь, что я поведусь на ту лабуду, которую ты только что мне наговорила, то нет, не поведусь.
И тут он начинает расстегивать ремень на джинсах.
— А я думала, ты изменился… — охаю максимально натурально. — Думала, ты понял наконец, что твоя импульсивность разрушила наш брак… А ты…
— Я изменился, — тут же начинает доказывать Антон.
— Знаешь, как я изменился? Вообще подчистую! Другой человек!
Начинаю картинно хлопать ресницами.
— Тогда почему ты не хочешь немного потерпеть? Я же тебе только что объяснила…
— Я бы потерпел, конечно. Но я и так слишком долго терпел, — говорит он и начинает двигаться ко мне.
Выставляю вперед ладони:
— Я всего лишь прошу тебя немного подождать, и мы снова будем вместе. Давай улажу дела с Глебом, и потом я вся твоя. День, максимум два…
— Это долго, — говорит Антон, расстегивая ремень.
— Но, если так настаиваешь, с традиционным сексом можем потерпеть. Так и быть я согласен на ротик.
— Ротик? — поначалу даже не понимаю.
Антон показательно расстегивает ширинку.
— Ну, туда тебе нельзя, но в рот же можно, так? Я знаю, ты это не любишь, но ты потерпи немного. Ты же понимаешь, я тебя хочу… Доставь своему мужчине удовольствие.
— Да вы охренели, мать вашу! — вдруг слышу взбешенный голос Глеба.
Глава 42.
