Настало время бриллиантов — они ведь лучшие друзья девушек?
— Ты не одета? — нахмурился, увидев жену без укладки и макияжа, в повседневном домашнем костюме. — Опоздаем, Ян.
— Я не иду, — она села за туалетный столик и, взяв расческу, начала водить ей по длинным волосам. Они шикарны, когда не в строгом пучке, можно и без всяких причесок идти.
— Почему? Это неприлично. Нас ждут.
— Я позвонила Ярине и извинилась. Иди один, — повернулась. — Уверена, скучно тебе не будет, — и снова эта улыбка, чужая, далекая.
— У тебя есть причины, или ты просто не хочешь? — недовольно сложил руки на груди.
— Не хочу, — дернула плечом, накаляя меня как лампочку Ильича.
Я стремительно вернулся в гардеробную, схватил одно из вечерних платьев и бросил на кровать.
— Одевайся.
Яна взглянула на меня, как на дебила.
— Я сказала, что не хочу. Я не пойду! — дерзко вздернула подбородок и смотрела с вызовом.
А-а-а! Да что за нахрен!
— Ты ебанулась? — не выдержал я. — Что за демарш? Что ты исполняешь?!
Яна только хлопала глазами.
Да, раньше я никогда не разговаривал с ней так и… не обзывал.
— Последний раз спрашиваю: идешь?
Она вздернула подбородок и смотрела холодным сучьим взглядом. Такого раньше тоже не было. Как меня это достало!
— Ну и похер! — громко хлопнул дверью. Не хочет, не надо!
Глава 5
Яна
Утром я с холодной головой просматривала свежие снимки с нашумевшего званого вечера у Святослава и Ярины Нагорных. Желтая пресса сработала оперативно. Много фотографий хозяев особняка, но и гостей тоже.
Мой муж и его бывшая жена засветились на некоторых: вечер они явно провели вместе. Улыбки, объятия, танцы. Я ждала чего-то подобного, когда Ярина позвонила предупредить, что будет одна неприятная мне гостья, но все равно больно.
Мирослав буквально во всеуслышание заявил, с кем он, кто главная женщина его жизни, кого любил. Он выбрал. Значит, я все правильно сделала и не зря готовилась эти две недели.
— Мамочка, пливет! — сын в пижаме, заспанный и сладкий, нашел меня в столовой.
"
"— Проснулся, мой жаворонок! — посадила Рому на колени и пощекотала носом шею. Как же вкусно пахнут дети! Понимаю, что еще годик-два, и сын не позволит мне этих нежностей, но сейчас я наслаждалась. Мой выстраданный сын. Много нюансов было с его рождением, но главный: с моим диагнозом роды — это риск. Много было консилиумов, общения с кардиологами и аритмологами, мнения расходились, особенно, когда беременность начала влиять на мою сердечно-сосудистую систему.
