Егор округлил странные глаза, но я тут же отвернулась, ускоряя шаг, понимая, что если и разревусь, то только не перед ним.
***Вечером за ужином бабуля принялась расспрашивать меня о походе к Ангелине Семеновне и о ее новом доме.
— Ба, да что рассказывать? Пройдись и посмотри, — вяло пыталась отмазаться я от допроса.
— Я пока соберусь… А невестка у Семеновны еще та мадам. Все по-модному должно быть. Как они теперь на одной территории жить будут — даже не знаю.
— А кто это «они»? И эти «они» будут жить здесь круглый год?
— Они — это сын Ангелины Семеновны, его жена Лиза, Егор и Даша.
Решили переехать за Королевой присматривать. Старушке седьмой десяток, как-никак… Кстати, Егор сейчас здесь. Не познакомились еще?
— Познакомились, — буркнула я, гипнотизируя взглядом чай в кружке.
— И как он тебе? — поинтересовалась бабуля, даже не заметив моего недовольства. — Я видела его пару раз. Вроде приятный мальчик.
— Угу. Очень приятный, хороший, мерзкий тип, — едва слышно произнесла я.
— Кир, а почему второй коробок с кабачками остался у нас? Я Ангелине Семеновне два обещала, — бабушка с укором покачала головой, глянув на меня.
— Не знаю. Её внук должен прийти за вторым, но, видимо, планы поменялись, — как можно спокойнее увильнула я от ответа.
— Ясно. Значит, потом наберу Ангелину. А ты чего такая хмурая?
— Телефон разбила, — угрюмо шмыгнула я носом, размешивая ложкой чай.
— Как?
— Уронила, — мне не хотелось говорить про выходку внука Семеновны. Правило сарафанного радио никто не отменял, а я бы осталась стукачкой.
Да и не было желания связываться с заносчивым внучком. — Завтра поеду отвозить в ремонт, — грустно вздохнула я, допивая чай.
— Точно все нормально? — бабушка облокотилась на спинку стула, подозрительно смерив меня взглядом серых глаз.
— Да-да, — нетерпеливо затараторила я, поднимаясь из-за стола. — Иди, бабуль. Посуда сегодня за мной.
Спровадив ее к себе, я быстро прибралась на кухне и поднялась на второй этаж в свои скромные апартаменты.
Наш с бабушкой домик сам по себе был очень невзрачен, но в нем всегда царила чистота и тишина. Гостиная, кухня, комната бабушки и ванная располагались на первом этаже. Бабулина любовь к минимализму и ко всем кофейным оттенкам была видна невооруженным глазом. Светлые бежевые стены в едва заметную рябь играли на контрасте с мебелью глубокого цвета пережаренного кофе без какого-либо намека на декор или другие яркие тона. Итак в каждой комнате всего первого этажа.
