— Эй, я же сказал — не отставай, — взяв меня за ладонь, Егор крепко переплел наши пальцы и уверенно повел за собой.
Аура тепла от его кожи дурманила, и я все четче осознавала, что без проблем пойду за ним куда угодно, даже есть чебуреки на пляже. Только бы он не отпускал меня. Как я и думала, моя ладонь просто растворилась в его лапе. Прохожие мелькали мимо с такой частотой, что все лица сливались в одно, пока мы не остановились возле какого-то ларька с огромным баннером.
— Шаурма? — я удивленно открыла рот, похлопав глазами.
— Ты просто еще не знаешь, какая здесь шаурма, — задорно подмигнул мне Егор, привлекая ближе к себе, не отпуская моей руки. — Барев дзес^1, Артур, — с широкой улыбкой он обратился к видному мужчине, который что-то нарезал за прилавком.
— А! — радостно воскликнул тот, подняв руки вверх. — Барев дзес, Жора джян. Сколько лет, сколько зим, — запричитал он с сильным акцентом.
— Инчпес ен горцере^2? — легко проговорил Егор непонятный для меня набор букв.
Они оба перебросились еще парочкой странных фраз на языке, очень напоминающий армянский, пока я ошарашенно перекидывала взгляд то с мужчины за прилавком, то на своего спутника.
— Откуда ты знаешь армянский? — прошептала я, когда Артур принялся за приготовление нашего заказа.
— Тренировался в команде с его племянником. Мы раньше часто общались, пока я не ушел из плавания, — также тихо объяснил мне Егор. — Он и познакомил со своим дядей, — и едва заметно кивнул на мужчину, который уже виртуозно что-то шинковал огромным ножом.
— Здесь самая офигенная шаурма.
— С ума сойти, никогда бы не подумала, что ты знаешь армянский.
— Только банальные фразы и предложения, — невозмутимо пожал он плечами, но уголки его губ загадочно приподнялись.
Артур, радостно улыбаясь, протянул нам две длинных шаурмы, завёрнутых в бумагу. Егор хотел расплатиться, но армянин, категорически отказался брать деньги.
— Шат шнохракал ем^3, — произнес он, на что Артур широко улыбнулся ему и задорно подмигнул мне.
Не отпуская моей руки, Егор повел меня в самый конец набережной. Я молча следовала за ним, пытаясь предположить, что же еще скрывают эти горячие ладони и притягательные глаза?
Мы спустились прямо к берегу моря. Всего каких-то двести метров и словно в другой мир: ни людей, ни запахов, ни фонарей. Только шум моря под луной, песчаный берег и отголоски все той же Марджанджи. Беззаботно сняв кеды, Егор уселся на песок.
— Прошу, — он похлопал ладонью возле себя.
