Он протягивал руки к сестре и сосредоточенно давал команды: «держи спину», «руками активнее», «носом, дыши носом». Но Даша лишь создавала вокруг себя тучу брызг, периодически выкрикивая: «Я уже хотя бы не тону!». Видео было до безобразия смешным и милым.
Широко улыбаясь, я открыла второе сообщение. На фото красовались все те же лица: Егор, сложивший губы уточкой и Даша, показывающая язык и козу на пальцах. Все-таки он выполнил о чем я просила. Не подвел.
Я тут же отправила одобряющий смайлик, но мой собеседник уже вышел из мессенджера и замолчал.
Не теряя надежды, набрала следом еще одно сообщение: «Спасибо, что не подвел и уделил время Даше».
Подождав немного, я отложила телефон, мысленно отчитав себя за ожидание ответа.
«Не стоит так заморачиваться, Кира», — утвердительно объявила я сама себе, утыкаясь носом обратно в раскрытую книгу. Но еще в течение нескольких минут все же искоса подглядывала на мобильный, который продолжал гордо молчать.
Глава 9"
"Еще пару дней я провалялась в кровати.
Хоть мое здоровье быстро шло на поправку, бабуля строго-настрого запрещала делать что-либо по дому, а уж тем более по огороду. Спорить с ней — что танк лбом останавливать, поэтому я покорно отлеживалась на кроватке.
Если не кривить душой, то такое времяпрепровождение было для меня идеальным: тишина, книги, любимая атмосфера моей уютной крошечной комнаты и самое главное — я сама с собой наедине.
И лишь одна мысль выбивалась из остальных, понятных моей голове.
Мысль, которая проскакивала с такой частой периодичностью, что приходилось отмахиваться от нее, как от назойливой мухи. Она появлялась в любой удобный ей, но неожиданный для меня, момент. Я могла читать книгу, чистить зубы, пить чай, думать о своей предстоящей учебе, работе, засыпать или просыпаться, а после ее возникновения оставался дискомфортный шлейф вопросов.
Это мысль была о нем. После последнего визита Егор пропал. Непривычно было вообще осознавать, что я думаю об этом, но все равно продолжала держать его в своей голове, хотелось мне того или нет.
***— Кир, — бабушка нервно обратилась ко мне за завтраком ранним утром. — А Мила объявлялась?
Я затормозила пережевывание омлета со шпинатом, чтобы отсрочить момент ответа на этот вопрос. Сегодня наконец-то выйдя из своего «заточения» с прекрасным настроением, мне никак не хотелось общаться на эту тему. И даже не потому, что разговор о моей матери мог испортить настроение.
