— Тебе конфеты жалко?
Егор замер, хлопая округленными глазами, но все еще держал пальцами мой подбородок. Резко дернувшись, я сбросила со своего лица его ладонь и отползла в другой угол дивана:
— Придурок.
— Конфеты? — прохрипел он шокировано.
Закатив глаза, я опустила руку к полу, подняла круглую конфетку и просто без разговоров запихнула несопротивляющемуся Королеву ее в рот.
— Да! Мятные. Закусывать виски больше нечем было, — фыркнула я, смотря на ошарашенного Егора с конфетой во рту.
За его широкими плечами раздался тихий смех.
— Ой, ребята-а-а. Смешные вы. Отменю-ка я вызов неотложки, — силуэт в дверях отключил фонарик и исчез с телефоном где-то в коридоре, погружая пространство в темноту.
— Ты и Геру с собой притащил, — хмыкнула я, слыша его голос за стенкой.
Егор лишь молча пересел с колен на пятую точку, оперевшись спиной об угол дивана. Было слышно, как он пытается восстановить свое дыхание, делая поочередно глубокие вдохи и выдохи.
— Я думал ты… — тихо произнёс Егор, потирая дрожащими ладонями лицо.
— Что? Погоди… Ты думал, я тут решила таблеток наглотаться? Из-за тебя? Мания величия у вас, Королев! Во, видал, — я придвинулась к нему и чуть ли не в лицо тыкнула сжатый кулак в виде кукиша, — не дождешься! — и презрительно фыркнув, отодвинулась обратно в другой конец диванчика.
Я было потянулась к полупустой бутылке виски, но по коридору послышался быстрый стук каблуков и возглас.
— Кира!
— Чудно, ты и Машку приволок, — недовольно пробубнила я, откидываясь обратно на спинку дивана.
Маша влетела в тёмную комнату вихрем и тут же кинулась вперед, усевшись на колени передо мной.
— Боже, Кира! Живая! — ее ледяные руки стали прощупывать мои конечности, как детектор.
— Конечно, живая, — меня передернуло от холода. — Вы сговорились? — я с укором уставилась на подругу.
— Ты не могла хотя бы позвонить? — запричитала она, убрав наконец свои пальцы-ледышки от меня. — Мало ли что тебе в голову пришло в твоем состоянии. Мы переживали.
— А что с ним не так? Ну, подумаешь, — наигранно пожала я плечами, — мать бросила меня дважды за девятнадцать лет, единственная душа, что действительно заботилась обо мне, теперь покоится в сырой земле, а человек, которого я любила, рассказывал всем и вся, как и где меня трахал… Кстати, о чем ты там сейчас пишешь? А? Егор? — я вытянула ногу и слегка толкнула его в спину.
Королев даже не дернулся, продолжая молчать. Я усмехнулась, закатив глаза:
— Тоже мне… Немой.
