Было заметно, как в его мыслях борются между собой адекватность и желание заняться сексом прямо сейчас. А во мне уже однозначно победило второе.
— Нет… — прохрипел Егор, замотав головой, словно пытаясь выкинуть противоположную мысль из сознания, — нет…
Он стоял передо мной стиснув зубы, до жути громко выдыхая воздух из напряженных ноздрей. Разноцветные глаза с вожделением смотрели на мои приоткрытые от желания губы, на мои ноги, которые обвивали его бедра, носильные жилистые руки по обе стороны от меня нервно сжимали край стола.
Но не только ему можно было иметь власть надо мной…
— Королев, — зашептала я, стягивая вниз свое платье вместе с лифчиком, — почему мне всегда приходится тебя упрашивать? — взгляд Егора застыл на моей обнаженной груди, — Я тебя хочу.
Не давая ему даже опомниться, одной рукой я обхватила его шею, а ногами сильнее обвила бедра, придвигая их к себе. Идеальная высота стола. Все рассчиталось до миллиметров. Это было невыносимо горячо… В тысячу раз горячее, чем до этого те два раза.
— Остановись, Моя, — прохрипел он, обжигая мне шею, но движения совершал совершенно противоположные.
— Я люблю тебя, — мой шепот заставил Егора поместить меня, вздрагивающую от огненных толчков внутри, в свои крепкие, надежные руки.
Он сдался нашему безумию, как и я.
— Ты меня погубишь… — Его губы нашли мои, заставляя терять себя и окружающий мир окончательно.
Дальше полный провал. Жесткий, властный провал. Никакой романтики и нежности. Все было грубо и быстро. Я впивалась в его плечи и шею ногтями так, что тут же оставались яркие следы.
Движения его бедер были настолько резкими и четкими, что мое тело вздрагивало от боли, но чертов адреналин творил со мной странные вещи — мне это нравилось и возбуждало еще сильнее. Грань между болью и наслаждением становилась все призрачнее."
"Егор крепко держал меня за бедра, чтобы я и на миллиметр не могла сдвинуться на поверхности стола. Мы прижимались своими телами с такой остервенелой страстью, что могли переломать друг другу ребра. Он дышал сбивчиво, а сердце свирепо билось о грудную клетку.
Его пальцы небрежно гладили мою грудь, пока я совсем не тихо стонала ему в шею от болезненно нарастающего возбуждения. Каждая мышца на его теле была пропитана желаем обладать мною полностью, без запретов. Егор, совершая мощные толчки внутри меня, напряжено хрипел:
— Моя девочка, ты такая горячая.
Хватая воздух, который закончился во мне уже давно, я дышала лишь им. Дышала его стонами, его грубостью, страстью.
