На потолке звездное небо, видимо, в темноте звездочки светятся, потому что вижу легкое свечение как от фосфора. Кровать у него застелена покрывалом с якорями, и я в который раз улыбаюсь, своим мыслям. Пацан познает мир и хватается за все, до чего дотянется. Звезды, роботы, мотоциклы, кораблики. Я был таким же в детстве. Стоило узнать что-то новое, я тут же с головой погружался в эту тему пока решал, что всю ее изучил. Потом брался за новое. Интересно, а любовь к мотоциклам у него пройдет или останется так же как у меня?
— Вот, смотри.
Это Бен, — тонкий голосок отвлекает от созерцания детской, и я присаживаюсь на край кровати, а рядом плюхается сын. — Он добрый и всех защищает. Я тоже хочу быть как он.
Вздыхает, а мое сердце замирает. Подавляю желание приобнять сына, ведь попросту могу его напугать. Хотя клянусь, прижать его к себе хочется больше всего на свете.
— Ты ведь можешь быть как он, не обязательно перевоплощаться, — стараюсь вникнуть в суть мультика, но мысль что мой сын сейчас рядом не дает покоя.
— Я не могу быть как он, я маленький. Мне только семь завтра исполняется, а Бену десять!
— Но ты тоже храбрый как он, правда? — ком в горле сглотнуть не удается, и я прокашливаюсь.
— Но я не смогу защитить маму от злодеев, если они нападут. А Бен смог бы.
Сердце сжимается от неподдельной наивности карих глаз ребенка, и я осторожно тянусь и сжимаю хрупкое плечико, старательно сдерживая порыв сжать пацана в объятиях.
— Как думаешь, а мы можем защищать маму от злодеев вместе? Я правда не такой крутой как Бен, но ты научишь меня…
— Ты круче Бена! — возражает так возмущенно, что я невольно распахиваю глаза шире и не могу сдержать улыбку.
— У тебя есть настоящий мотоцикл!
50
В дверь звонят, и я отставляю миску с тестом для оладий и отряхиваю мучные руки о шорты. Иду к входу, но Арман опережает, и мы сталкиваемся в коридоре. Он улыбается так, словно выиграл в лотерею, и я догадываюсь что они с Сережей о чем-то болтали.
— Это ко мне, — он окидывает взглядом мои мучные шорты и машинально стряхивает с бедра муку легким шлепком, а потом, словно опомнившись, хмурится и открывает дверь.
Водитель Хасанова передает ему три огромных пакета и пятилитровку воды, которую я заказывала, и откланявшись уходит."
"Арман закрывает дверь, а я поблагодарив мужчин, забираю воду и уношу на кухню. Безумно хочется все оставить и пойти побыть с сыном, понаблюдать за Хасановым, но я понимаю — они нашли общий язык и я скорее всего буду только мешать их общению.
