— Зачем тебе это, Лекс?
— Что? — растерялся он.
— Зачем тебе эти свидания? Когда вокруг тебя столько девушек, только руку протяни.
— Зачем мне они, если я хочу тебя?
— Ты меня не знаешь, — вздохнув, я пересела обратно на свое место, и внимательно всмотрелась в лицо брюнета. — Я не заинтересована в короткой интрижке, а ты славишься именно ими.
— Я много чем славлюсь, — подмигнул Лекс, ничуть не смутившись, снова взяв меня за руку, он переплел наши пальцы. — И как раз узнаю тебя, хоть ты и стараешься мне помешать, — усмехнулся он.
— Смирись, Дашенька, ты застряла со мной еще на три свидания, а после них уже и будем решать, что делать дальше.
— В смысле три? — замерла я от возмущения. — Ты же всего три просил, и одно скоро закончится.
— А свидание, которое ты должна мне устроить за то, что я правильно твои переломы угадал? — иронично напомнил он, глядя на меня так, словно говорил: «Смирись, Андреева, тебе меня не перехитрить».
— Кстати, ты обещала историю о сломанном пальце.
— О боже, — рассмеялась я, почувствовав облегчение от того, что не испортила своими словами этот вечер. — Как ты вообще догадался? Ладно, не важно. В общем, это реально глупая история.
— И почему я не удивлен? — хмыкнул Лекс, на что я только глаза закатила, и, решив игнорировать его реплику, вспомнила, как в пятом классе показала средний палец, взбесившему меня, однокласснику. Вот только сделала я это крайне не вовремя.
— Мы играли в волейбол, — рассмеялась я. — Этот засранец мне что-то крикнул, я обернулась, показала ему неприличный жест, и именно в этот момент мяч прилетел мне четко в руку, опустившись сверху на мой бедный палец. И знаешь что самое обидное? — покачала я головой.
— И что же?
— Что это Ника так мне пас передала. А мы, между прочим, в одной команде были, — покачала я головой. — Боже, это было так больно! — я вздрогнула от воспоминаний, палец заныл. — Я ревела, а Палкин ржал, уверяя, что это меня судьба покарала.
— Хочешь, я найду его, и тоже палец сломаю? — улыбнулся Лекс, задумчиво посмотрев на наши руки.
— Поздно, мы с Никой отомстили ему в тот же вечер, сперев сменку, — радостно вспомнила я как Коля добирался до дома по сугробам в легких кроссовках, — а потом были наказаны неделей домашнего ареста, за то, что он простудился. Ябеда.
— Хм, а я-то надеялся, что у тебя тяга только к краже моих вещей, — рассмеялся брюнет. — Даша, я ревную.
