Скорее всего, когда советская власть приказала долго жить, у него еще был некий подкожный запас. Олег Валерьевич вернулся в столицу и быстро встал на ноги. Он не знал, кто донес на него. Услышал правду от Луизы, но не бросился с кулаками на Василия, затаился, решил, что месть – деликатес, который надо подавать, как заливное, холодным. И с помощью Валерия отправил Кирилла на зону. Иезуитский план! Очень правильный с точки зрения психологии. Что больнее? Самому сесть в тюрьму или знать, что туда попал твой сын, а?
Я опять замычала и побежала в ванную.
Минут через десять, которые я провела, без устали полоская рот горячей водой, ириска наконец растворилась! Я воскликнула: «Ура!» – и взглянула в зеркало.
Мои желто-коричневые клыки остались там, где и были. Но они изменили цвет. Думаете, стали снежно-белыми и менее заметными? А вот и нет! Сейчас я сверкала ярко-красными зубами.
В ванную заглянул муж.
– Что с тобой?
– Конфета к челюсти прилипла, – пробормотала я. – Знаешь, что мне в голову пришло?
– Андрей сказал Кириллу, что не верит в его виновность, – произнес Степан, – выложил все аргументы.
Он же сообщил брату, что разбирал бумаги покойного отца, и определенно нашел дневник, копию доноса и, как Лидия, его прочитал. Кирилл узнал, что его посадили, чтобы отомстить Василию Петровичу. Но нам он ни словом не обмолвился о подметном письме. Почему?
– Потому что Кирилл сам решил отомстить Валерию Юдину. Думаю, Кирилл затаил зло на отца. Тот ни разу не навестил сына на зоне, вычеркнул его из семьи.
Сейчас он просто притворяется любящим братом Андрея. А сам хочет получить все, что тот нажил. Я уверен, что он скоро расскажет о каких-то уликах, они укажут на сына Олега. Того обвинят в убийстве семьи Калининых.
– Они пока все живы, – возразила я.
Степан махнул рукой.
– Ну да, с помощью аппаратов. Одна Света в норме.
– Прямо сейчас поеду к ней, – засуетилась я, – еще раз вспомним роковой ужин. Что-то мы упустили.
– Кирилл хотел отравить и Светлану, – зашипел муж, – принес ей в больницу котлеты с ядом.
– Он не оставался с котлетами один, – напомнила я, – дочь Андрея палату не поки-дала.
Степан неожиданно рассердился.
– Порой все члены группы, ведущей расследование, одновременно глупеют. Мы пытались выяснить: оставалась ли еда без Светы?
– Да, – подтвердила я, – и что?
– А то, что котлеты Кирилл принес! Что мешало ему добавить отраву заранее? Дома? – осведомился Степан.
