Но «поросенок» мой и не торопился скрываться. Так же вразвалочку шел вдоль прилавков, на ходу щипая фрукты. Только ближе к выходу с рынка бросил скейт на асфальт…
– Матвей! – выкрикнула я.
Но парень даже не обернулся. Будто он и не Матвей вовсе.
– Матвей, стой! – снова гаркнула я.
В мою сторону глянули все, кроме того, кто нужен. Парень встал на скейт и сделал пару мощных толчков ногой.
– Да что же это? – растерялась я. – Стой!
Я понеслась за парнем, который, выкатившись с рынка, помчался по пустой зеленой улице.
Матвей успел набрать приличную скорость, и я, если честно, уже отчаялась его догнать. Этот патлатый так здорово перепрыгивал на скейте через бордюры и препятствия… Но когда парень притормозил перед оживленным перекрестком, я поняла – это мой шанс. Поднажала что есть силы…
– Привет! – выкрикнула я, подбежав к Матвею.
Парень вытащил из уха наушник и удивленно посмотрел на меня:
– Что?
– Привет, говорю! – я не могла отдышаться после погони.
– Мы знакомы? – спросил Матвей.
– Да-да, очень забавно! – рассердилась я.
– Конечно, знакомы! Я Полина!..
Матвей продолжал пялиться на меня, как баран на новые ворота. Я даже немного растерялась. А что, если это не он? Тогда, у гаражей, я переволновалась и сейчас просто обозналась. Белая рубашка с длинным рукавом, и татуировки на плече, к сожалению, не видно. А ведь это хороший опознавательный знак.
Нет же! Не может быть никаких сомнений. Матвей даже пару раз мне снился. Я отлично помню его лицо. И вот он стоит передо мной на расстоянии вытянутой руки, как и тогда, у гаражей.
Только что он тут забыл? За тысячу километров, в совершенно другом городе, да еще и в таком непривычном презентабельном виде.
– Полина? – между тем переспросил Матвей.
– Не валяй дурака! – злилась я. – Ты приехал к Уле?
Я вспомнила о двойном свидании, на котором Шацкая получала сообщения от «М»…
– Ведь ты и есть та самая Маша, которой нужна была помощь?
– Какая Маша? – Мой собеседник будто совсем обалдел.
Я снова растерялась. Почему он не хочет сознаться, что мы знакомы?
В этот момент загорелся зеленый сигнал светофора.
Матвей снова бросил доску на асфальт, а затем мягко, тем самым бархатным голосом, между прочим, проговорил:
– Простите, девушка, но вы на самом деле обознались. До свидания!
– До свидания, – пробормотала я, глядя, как парень за несколько секунд пересек проезжую часть и скрылся на противоположной стороне улицы среди уличных палаток.
На рынок я возвращалась в самых расстроенных чувствах.
