— Медузы Кварха, — пробормотала я, и одновременно со словами, соскочившими с моих губ, одна из медуз начала светиться.
Слабо, голубоватым свечением, но с каждой секундой не только разгораясь ярче, но и словно передавая по цепочке своё свечение собратьям. Одна, две, три… вскоре зажглись десятки медуз, выстраиваясь в хаотичном порядке, и поплыли — медленно, будто танцуя лишь им известный танец. Я отступила от Данияра и сделала несколько шагов к стеклу, буквально прижавшись к нему, чтобы не пропустить ни одного движения медуз.
Водная магия во мне начала осторожно ластиться, точно чувствуя родную стихию. Я склонила голову набок, как ещё недавно Данияр, не имея сил оторвать взора, и лишь почувствовала приближение его высочества. Он встал позади, настолько близко, что его дыхание колыхало мои волосы, запуская слабые мурашки по позвоночнику.
— Медузы Кварха — опасные существа. Там, где они появляются, умирает всё живое, — сказала тихо. — Они высасывают магические потоки и убивают растения, значит, водоросли здесь — искусственные.
— Я уже успел убедиться в твоих знаниях и наблюдательности, — благосклонно кивнул Данияр. — Так как медузы поглощают магию, примерно процентов десять накапливается в них, оттого их вылавливают, высушивают и используют в качестве топлива для артефактов — примерно как пыльцу фейри. Их отлов никак не вредит морю, ведь по сути своей они — вредоносные создания для остальных существ.
— Говорят, в морях есть участки, где их бесчисленное множество. Но охота на медуз опасна, ведь их щупальца ударяют молниями, и без должной магической защиты подплывать к живым медузам Кварха или соприкасаться с ними на суше нельзя, — дополнила я.
Со стороны наш диалог мог показаться странным, ведь я словно на экзамене, а Данияр выступал в роли моего учителя. Но… правда в том, что мне хотелось отличиться перед ним, показать свои лучшие стороны, а его высочеству… почему он слушал меня — мне оставалось лишь догадываться.
— Ты ведь уже поняла в библиотеке, что я знаю о проклятии, лежащем на твоей семье?
Я полуобернулась к принцу.
И мы застыли, неотрывно глядя друг на друга. Слишком тесно… и я не только о физическом контакте наших тел, но и о духовном. Когда я рядом с ним, все барьеры, которые так старательно выстраивает между людьми общество, сметает вхлам, оставляя лишь что-то первородное, без ограничений.
— Трудно было не догадаться, когда ты столь прямолинеен, — заметила я."
"— В прошлый раз ты сбежала, Лин, — припомнил он.
