Был твоей тенью, глупо надеясь на твое возвращение ко мне, — моя рука замирает и безвольно опадает вниз, от осознания того, что я разрушила не только наши отношения, но и его самого. — Сейчас ты снова в моих объятиях, и я буду идиотом, сказав, что ничего к тебе не чувствую. Боль, подобно змее, которая вонзает свои клыки в мои зарубцевавшиеся раны, позволяет снова тебя ненавидеть, но и желать не меньше. Я чертов мазохист, который разрешил самому себе все «это».
— Я уволюсь… — обхватываю его за плечи, прижимаясь к нему всем телом.
— Уже поздно. Ты снова «отравила» меня, — его пальцы подцепляют мой подбородок, задирая выше, чтобы почувствовать на своей щеке невесомый поцелуй, подобно порханию бабочек.
Мелодия звонка появляется, так неожиданно, что я аж подпрыгиваю на месте.
Давид отходит немного в сторону, принимая вызов. Из обрывков фраз, я понимаю, что он должен срочно, где-то быть, причем в воскресный день.
— Ничего страшного, тебе пора, — стараюсь натянуть на лицо улыбку, но выходит не очень.
— Ты никогда не умела врать. Начинать не стоит, — погладив подушечками пальцев мое лицо, уходит в сторону парковки, где остался его автомобиль.
Пройдясь по парку вдоль и поперек, я прихожу в ужас от того, что ничего не знаю об его личной жизни.
Он постоянно с кем-то разговаривает на работе по телефону, при этом просит либо меня выйти, либо делает это сам, когда я очень занята. В то время, как мой телефон одиноко молчит, давая понять, что его хозяйка, скорее всего «одинока», и до ее жизни нет никому дела.
Хоть я и утрирую, но именно, так это и выглядит.
— Ань, привет! Как дела? — быстро тараторю в трубку, пока иду к автобусной остановке.
— Ммм… в данный момент, гуляю по торговому центру. А твои как? Бежишь куда-то? — за ходом своих мыслей не замечаю, что, действительно, практически бегу. Останавливаюсь и перевожу дыхание.
— Ань… у Давида кто — нибудь есть? — лучше сразу перейти к делу, пока она не дошла до новостей из социальных сетей на разнообразные темы.
— Ладно… честно, слухи ходят разные. Одно могу сказать — женат не был, — равнодушно роняет она.
— А какие «слухи ходят»? — растерянно смотрю на свои кроссовки, испачканные в листве.
— Ева… это слухи, не имеющие подтверждения. Отдел кадров, конечно, в курсе, — издав смешок, продолжает. — Давай будем «выше этого».
— Возможно, ты права. А, где ты сейчас находишься? — назвав адрес, Аня пообещала меня подождать на третьем этаже торгового центра.
