Уже закрыв дверь поняла, что стою в тронном зале нашего дворца, что вокруг зажигаются магические светильники, а где-то вдалеке верещит оповещающее заклинание.
В общем, незамеченным возвращение принцессы не останется, и раз так, то повторный побег от свадьбы с Биориком невозможен. Хотя какая теперь разница? Биорик так Биорик. Мне… — тут я не выдержала и громко всхлипнула, — всё равно.
Глава 35
Остаток ночи я рыдала — громко, неудержимо! Хрюкала, растирала слёзы рукавами, пыталась пить успокоительные настойки, но они отказывались помогать.
К утру почти угомонилась, а отец почти перестал метать громы и молнии, желая понять, что всё-таки приключилось с любимой дочерью… Но тут нагрянула новая неприятность — принесли подаренный Лазурными сундук.
Ну а в сундуке — всё! Все подарки от кланов, включая и перстень, подаренный Дарнаэшем. Когда родители в компании брата открыли крышку, у всех троих едва не случился удар.
Я же, увидав драгоценности, ощутила, как к горлу подкатывает новый ком истерики.
— Ваши величества, — прошептал заглянувший в комнату министр, тут ещё платья.
Сказал, отодвинулся, и в мою спальню — а рыдала я именно там, — вкатили огромную напольную вешалку с платьями, которые презентовали Изумрудные. В эту секунду ком истерики превратился в удушающий жгут, и я разревелась опять.
Слёзы, насморк, тысяча мокрых платков, и просвета не видно. Я даже позабыла о своём статусе и необходимости при любых обстоятельствах держать лицо. Ну не могла я успокоиться, не могла.
А отец опять начал метать громы, и в этот раз брат присоединился, обещая расправу… нет, кого убить они пока не знали.
Просто подарки появились в телепортационном зале без сопровождающих. И это было особенно больно! Мои вещи… их же просто выкинули, и всё.
Мой рёв плавно перешёл в писк, а потом мама присмотрелась к платьям. Опознать фасоны она не могла, зато изображённые на ткани рептилии навели на правильную мысль.
— Драконы? — прозвучало неверяще. — Лина, ты была у драконов?
Долгая пауза, и ругань отца с братом стала громче, а угрозы страшнее, но бессмысленней — ну что они против этих боевых машин сделают?
Ну а я… я… Всё! Отстаньте от меня!
День прошёл как в тумане, следующий тоже.
Третий и четвёртый — не лучше, да и пятый так себе. Успокоилась я через неделю, и лишь потому, что нашёлся какой-то ну совсем уж особенный лекарь с особенным успокоительным отваром.
Точнее настойкой. Настойки было много, и плакала я после неё ещё громче, зато потом истерика пошла на спад.
