Мы выходим за забор и трусцой пускаемся по улице в сторону пальмовых зарослей, а там сворачиваем к океану. В семь утра здесь немноголюдно. Около лодок возятся рыбаки, мимо нас проезжает и берёт под козырёк полицейский на доисторическом велосипеде. На то, чтобы обежать остров у нас уходит всего ничего. Его протяженность по прямой пять километров. Но пляжа здесь нет. Ахмет предупреждал, что отдыхать мы будем ездить на необитаемый остров. Всё равно мы с Русланом уходим в заплыв. Вода, как парное молоко. Набултыхавшись, вылезаем довольные и усаживаемся на перевёрнутую лодку.
Вдалеке от нашей лагуны шумит великий и могучий океан. Рыбаки неподалёку разделывают пойманную с утра пораньше рыбу. Каркает компания ворон, в надежде поживится потрохами. Налетело не меньше двадцати. Экскаватор методично вычерпывает песок с непонятной для нас с Русом целью. Шум океана и мягкий мальдивский говор резко диссонирует с омерзительным скрежетом металла и птичьим гортанным криком.
— Ты Рите не рассказывал Анину историю? — Рус недовольно морщится.
— Они свою технику смазывают хоть иногда?
— Вряд ли, скрипит адски… Про Аню? Да Марго как-то не спрашивала. Работает человек и работает. Но думаю здесь они подружатся и сами разоткровенничаются. Они же девочки-девочки.
— А ты знаешь, — Руслан слезает с лодки и вытягивается на песке. — Анна такая дама с огоньком.
— Это ты вчера понял, когда она над унитазом страдала или когда триллер наш слушал? Ты же её игнорил все эти годы.
Руслан прикладывает ладонь к глазам и хитро смотрит на меня:
— А как же табу на шашни в доме?
— Шашни в доме запрещены, — я падаю рядом с Русланом на песок.
— Но с появлением Марго…
— С появлением Марго, — перебивает меня друг. — Ты готов меня женить на ком угодно. Нет уж! Ты мне пятнадцать лет ещё погулять отмерил.
* * *Рита
— Мам, открой глазки! — Тёплая Марусина ладошка гладит меня по щеке.
Диван в клинике сегодня непривычно мягкий.
— Солнышко, мама собачку лечила тяжелую, — бормочу в ответ, поворачиваюсь на бок и утыкаюсь носом в подушку.
От цветочного аромата вместо привычного запаха лекарств приятно щекочет в носу.
— Рита, что сочиняешь? На Мальдивах нет собак! — упрекает меня дочь. — Можно я телек включу?"
"— Можно. — Ключевое слово «Мальдивы» возвращает меня к действительности. Я открываю глаза и вспоминаю, что самая счастливая женщина на земле — это я. В маленькое прямоугольное окошко под самым потолком заглядывает солнечный день. За стеной слышатся мужские голоса. Незнакомое певучее наречие.
