Двери зала распахнулись с грохотом. В помещение вбежали двое мужчин в синей форме фельдшеров скорой помощи. Один молодой, лет двадцати пяти — худощавый, с козлиной бородкой. Второй постарше, лет сорока — плотный, с залысинами, опытный взгляд.
У каждого в руках по здоровенной сумке с оборудованием. За ними вкатили каталку.
— Где пациент⁈ Что случилось⁈ — заорал старший, его голос перекрыл гул толпы.
— Здесь! Здесь! — граф Ушаков замахал руками как безумный. — Мой сын! Он умирает! Спасите его!
Фельдшеры подбежали, увидели меня, склонившегося над телом.
— Уважаемый, отойдите! — молодой схватил меня за плечо, пытаясь оттащить. — Не мешай работать профессионалам!
— Я лекарь! — прохрипел я, не убирая рук. Голос был хриплый от напряжения. — У пациента фибрилляция желудочков! Держу его на «Искре»! Нужен дефибриллятор, срочно!
— Лекарь? — Старший фельдшер скептически осмотрел меня с ног до головы, мой дорогой, но уже изрядно помятый костюм, потную рубашку, дрожащие руки. — Да ты на студента-мажора больше похож! Откуда ты знаешь, что там фибрилляция? На глаз определил? Или по хрустальному шару посмотрел?
Пока они тут умничают, парень умирает.
Каждая секунда на счету.
— Это лекарь Разумовский! — вмешался барон фон Штальберг, протолкавшись вперед. Его голос, привыкший повелевать, прозвучал как удар гонга. — Он спас мне жизнь! Ему можно доверять!
Фельдшеры переглянулись.
— Разумовский? — старший присмотрелся внимательнее. — Что-то слышал о таком.
— Да, черт возьми! У нас нет времени на разговоры! — я отнял руки от Максима.
Сердце моментально вернулось в свой прежний хаотичный ритм. Его удалось продержать на «Искре», но без вмешательства он умрет.
Я встал и решительно шагнул к их сумке.
— Эй, что ты делаешь⁈ — молодой фельдшер попытался меня остановить.
Но я уже рванул молнию на сумке и выхватил портативный дефибриллятор.
Руки дрожали от магического истощения, но движения были отточенными, доведенными до автоматизма.
— Ты не имеешь права! — старший фельдшер схватил меня за запястье.
— Это наше оборудование! Ты не член нашей бригады!
— У нас НЕТ ВРЕМЕНИ! — я вырвался из его хватки, мой голос сорвался на крик. — Каждая секунда промедления снижает шансы на выживание на десять процентов! Вы будете спорить о протоколах и полномочиях, пока он умирает⁈
Я включил дефибриллятор. Знакомый, почти родной высокочастотный писк зарядки конденсаторов.
Наконец-то. Настоящее оружие. Не магия. Не уговоры. Чистая, концентрированная физика.
