Уже неделя прошла с момента эпичного падения Алисы, а на ногу до сих пор тяжело ступать. Рядом с кроватью стояли костыли, которые притащил Герман, но передвигаться на них было невозможно. Да и некуда особо. Разве что в туалет и в ванную. А все остальное было и так под рукой.
Даже муж. Правда вечно злой и раздраженный. Но Алиса уже, кажется, начала привыкать к этому.
— И на кой ты мне такая досталась?! — шипел он, переодеваясь. Алиса отвернулась, чтобы не видеть голого тела. В отличие от нее Литвинов не стеснялся, ему и в голову не могло прийти, что нечего тут сверкать перед девушкой своими интимными ценностями.
Впрочем, он ее и девушкой не считал."
"Сестрой назвал! А Алисе было так больно, что она и говорить не могла, когда скатилась в обрыв. Только стонала и плакала. Даже возмутиться сил не было. А рядом чертыхался злой Литвинов, который, наверное, и наорал бы на нее, если бы не люди вокруг.
Вообще, Алиса была уверена, что Герман ее бросит, в лучшем случае вызовет медиков, когда выяснилось, что она идти толком не может.
Но Литвинов остался. Всех спровадил, даже эту блондинку, которую окучивал. Марину, кажется. В ее глазах он, наверное, был героем.
Помощь прибыла спустя полчаса, вкололи обезболивающее, стало чуть полегче. Алиса сама предложила Герману нагонять экскурсию, но Литвинов снова выругался и сказал, что день уже и так испорчен. То есть Алиса ему все испортила. Как обычно!
Дальше все было стандартно, больница, врач, рентген. Ничего ужасного не нашли, но теперь покой, покой и снова покой.
И только там, в регистратуре он нехотя признался, что он муж Алисы Литвиновой.
Но Алисе было так неуютно рядом с ним, что никакой радости от этого признания она не испытала. Чувствовала, как он ее стыдится. Все, что она хотела, это вернуться в номер и лечь в свою огромную кровать.
Так и произошло. Герман отвез ее в гостиницу вместе с пакетом лекарств и оставив ее одну, ушел. Через полчаса к ней в номер принесли ужин, а перед сном заглянула медсестра.
Алиса лежала на кровати и бессмысленно щелкала пультом от большой плазмы на стене, когда ей пришла короткая смс-ка от мужа.
“Жива?”
Ей даже отвечать не хотелось, но все же заставила себя написать: “да”. И тут же получила ответ: “ну норм”.
Раз норм, так норм. Звонить родителям и рассказывать, что произошло, она, конечно, не стала. Соврала, что все в порядке, когда мама позвонила на следующий день. Герман, разумеется, не ночевал в номере, но Алиса и не просыпалась ночью.
