— На первый раз достаточно! — сплюнул первый, а Алиса с криком уже подбежала к мужу. — Чтобы старших уважал.
Алиса услышала как хлопнули двери жигулей и раздался визг шин. Она смотрела на Германа. Из головы на серый снег текла черная кровь. Глаза Германа были открыты. Он не дышал.
Глава 57
В городской больнице, куда полчаса на “скорой” доставили Германа, Алису заставили заполнять тонну каких-то бумажек, а у нее перед глазами строчки расплывались и рука ходуном ходила. Хотя когда они еще ехали, медсестра вколола ей успокоительное.
— Давай я, а ты потом подпишешь, — участливо предложил Игнат, сидящий рядом, но Алиса лишь покачала головой.
Она сама.
Сабуров примчался одновременно со “скорой”. Алиса позвонила ему там же, сидя на грязном от снега асфальте рядом с Германом. Именно он заставил ее встать, буквально оторвал от Литвинова и дал медикам выполнять свою работу. Они же вызвали полицию, Алиса совсем забыла про нее.
Она вообще ни о чем и ни о ком не думала, только о жизни Германа, которая буквально на ее глазах вытекала из него.
Такого молодого и красивого, полного сил и энергии. Алиса смотрела на его неподвижное тело и не могла поверить, что все происходящее — реальность. Вот эти люди, которые суетятся вокруг него, кричат друг другу. До нее не сразу дошли слова, брошенные одним из врачей — “не довезем”.
Мир исчез, превратился в одно темное пятно, в котором едва слышно бился пульс.
“Только что бы выжил! Господи, что угодно, только бы остался жив! Господи, пожалуйста!”
Алиса молилась как умела, просила, умоляла Бога помочь.
Обещая все что угодно, она все сделает, только чтобы Герман жил. Вся ее жизнь, ее заботы и желания, планы, ее будущее словно перестали существовать.
Вся ее вселенная сократилась до одного маленького старого монитора, казалось, именно он и решал, жив ли ее муж или нет.
Она сбивчиво благодарила врачей, но те лишь отводили взгляд. Будто знали больше, чем Алиса. Но она не разрешала себе думать, что он умрет. Боялась, что ее жизнь тоже закончится, если его не станет.
С Германом ее, конечно, не пустили, оставили в приемном покое заполнять бумажки. А ее трясло и сидящий рядом Игнат не мог ее успокоить. Хотя не будь него, она, наверное, уже сошла с ума."
"— Его оперируют, да? — спрашивала она безликую женщину в белом халате. Алиса силилась, но не могла даже запомнить ее лицо. — Скажите, что с ним.
— Сначала документы, — отрезала та. — Скажи спасибо, что приняли, а не отправили на Веселовского через весь город.
