Помолвка была на прошлой неделе, после свадьбы я уеду с мужем в другой гарнизон… На востоке.
Ежи почувствовал себя так, словно его Карс по голове ударил. Кулаком. То есть, ноги стали мягкими, колени задрожали, а в глазах заплясали цветные искры.
Она… Помолвка? Замуж??? А зачем тогда?..
— А зачем тогда? — задал он глупый вопрос."
"— Просто… — Рути пожала плечами и неожиданно усмехнулась, поразив несоответствием этой циничной усмешки на нежном лице, — он… Хороший. И надежный. Но… Но я представила, что теперь до конца жизни только с ним… И никогда не испытаю того, что тогда, в саду… И как-то плохо стало… И я решила, что хоть разочек.
Лучше сделать и жалеть, чем не сделать и жалеть… Так моя сестра говорит…
— Но…
Ежи, никогда не страдавший отсутствием голоса, как-то неожиданно понял, что слов не находится. Никаких.
Он смотрел на нежную, красивую девушку, которая буквально несколько минут назад стонала под ним, сладко выгибалась, отвечала! Отвечала на его ласки так искренне, так честно!
И сейчас она тоже была с ним честна, он это видел.
Умение видеть правду, отличать ее оттенки, было одним из многочисленных фамильных качеств Агеллонов.
Конкретно в эту минуту Ежи был готов проклясть эту врожденную способность.
Лучше бы она соврала!
Лучше бы…
Но Рути не врала.
Она в самом деле выходила замуж. И в самом деле хотела получить новый опыт перед тем, как погрязнуть в браке.
И просто использовала его для этого. Вроде бы, ничего особенного, сам Ежи неоднократно такое проделывал с женщинами… Но почему-то было дико обидно.
Ежи отпустил Рути, отступил в сторону, пытаясь сохранить хотя бы видимость спокойствия.
В конце концов, он — наследный принц. Он сам решает, с кем спать и что при этом испытывать! Вот!
— Ну, надеюсь, опыт тебе понравился, Рути, — усмехнулся он, отворачиваясь в сторону и не замечая, как на мгновение болезненно искривилось лицо дочери генерала, — если потребуется еще… Мы наверняка вернемся еще сюда. Можем повторить. Уже после свадьбы.
— Нет, больше мы повторять не будем, — тихо и безжизненно ответила Рути, — прощай.
— Привет жениху! — не сдержался Ежи, резко развернулся и пошел прочь, злобно подпинывая попадавшиеся по пути грибные шляпки.
На полдороги к нему присоединилась Вишенка, мимоходом ткнулась к руку влажным носом, и Ежи погладил ее по лобастой башке:
— Ну что, ревнуешь? Вообще не стоило…
Вишенка фыркнула, вывернулась из-под его ладони и исчезла в чаще леса.
